Вкус к жизни

– Я не готов тебя отпустить! – прорычал он и, оттолкнувшись от двери, стал ко мне вплотную. – Я, как никто другой заслужил любить тебя! – сдавленным от эмоций шёпотом процедил он и закрыл глаза.

Я поцеловала его сама, поднявшись на цыпочки. Поцеловала и провела ладонями по волосам, легко ероша их, уничтожая укладку."

"– Сегодня был очень тяжёлый день, – проговорила я Мартину в губы. – А ещё я замёрзла и чудовищно устала. Давай пока оставим их всех за дверью нашей спальни. И кстати, о спальне: где она? – улыбнулась я мужу в губы.

– Не хотел тебя грузить всей этой грязью… – покачал Мартин головой, всё ещё не рискуя прикоснуться.

И потому это я тоже сделала первой. Подвела ладони под его руками и надёжно вцепилась пальцами в плечи.

– Спать! – приказала я, чем буквально заставила Мартина сдвинуться с места.

Коридор по-прежнему был пуст. Мы шли по нему, сцепив пальцы в замок. Шли и молчали о том, как нам хорошо вместе.

Глава 43

Как только дверь спальни закрылась за нами, я не оставила Мартину выбора. Был лишь один способ выбросить из головы всё. Страхи, сомнения, лишние волнения и даже ненависть – всё! И этот способ оказался мне хорошо известен. Не позволяя включить в комнате свет, я увлекла мужа к постели. Он всё ещё был напряжён, а потому осторожничал, двигался неспешно и выглядел неповоротливым. Пришлось действовать быстрее, пока здравый смысл не завладел разумом, пока тонкий расчёт не охватил мысли.

Я сняла свой свитер и потянула вверх его. Пряжка ремня, молния на джинсах, нервно дёрнула за край футболки. Мартин собирался что-то сказать, но не успел – я коснулась его губ в поцелуе. Ласковом настолько, что он застонал от предвкушения. И дал мне время. Всего несколько минут. Позволил владеть ситуацией, позволил вести, разыграть партию от начала и до конца. Он взял всего несколько минут передышки, а я воспользовалась этим.

Короткие обжигающие ласки быстро настроили на нужную волну, вытянули возбуждение из глубины тел. Касания вызывали стон, вдавленные в кожу ногти – дрожь нетерпения. Моё тело не нуждалось в разогреве – вся как оголённый нерв. Его – тоже. Особенно волнительно сейчас ощущались невесомые поцелуи, подбрасывали на волне удовольствия впивающиеся в кожу острые зубы.

Опрокинув Мартина на спину, я устроилась сверху, настойчиво притёрлась промежностью к паху. Сильные пальцы тут же сжали бедро.

– Юль, мы об этом говорили и не раз. Защита в сумке, – кивнул он в сторону белого кресла, что выделялось на общем тёмном фоне комнаты.

Я посмотрела в указанную сторону без удовольствия и нетерпеливо вздохнула. Чтобы впустить его в себя, требовался минимум действий.