Вкус к жизни

Рубашка цвета стали придавала привычно тёплому оттенку глаз излишней тяжести, делала взгляд острым и неприятным. В рукавах бриллиантовые запонки, в ухе – такая же серьга. Я удивлённо моргнула, не понимая, как могла пропустить этот факт. В итоге его пришлось просто проглотить. Запястья снова были скрыты широкими кожаными браслетами. Зная наверняка, что ни татуировок, ни шрамов на мужских руках нет, я озадаченно нахмурилась.

Не замечая случайного зрителя, Мартин сунул одну ладонь в карман брюк, что-то посмотрел в своём телефоне. Увиденное настолько увлекло, что он несколько раз перекатился с носка на пятку и обратно, придирчиво надул губы, насмешливо фыркнул и только потом отключился. Некоторое время Мартин бездумно смотрел на короба, будто решая, что с ними следует сделать: оставить как есть или, может, всё же задвинуть, чтобы освободить проход.

Я вышла из укрытия, не дожидаясь, пока дилемма разрешится. Мартин, заметив меня, мгновенно включился в игру. Он широко улыбнулся, раскинул руки в приветственном жесте и притянул к себе, как только я оказалась в допустимой близости. Поцелуй, которого я никак не ожидала, был на удивление нежным и неторопливым. И настолько приятным, что даже прервать его не хотелось – хотелось только наслаждаться. Мартин скользнул рукой по моему бедру вверх и довольно зарокотал, не обнаружив под просторным платьем белья.

– Я знал, что ты не можешь злиться на меня вечно! – рассмеялся он, обхватил моё лицо обеими ладонями и подарил ещё несколько коротких, но горячих поцелуев. – Я по тебе скучал, – прошептал он уже совсем тихо, практически интимно, и коснулся моего носа кончиком своего. Так трепетно и волнующе, что злиться на него и дальше показалось совершенно невозможно.

Я отступилась, позволяя Мартину пройти, но вместо этого он прижал меня к себе, крепко удерживая рукой поперёк спины, вслушивался в дыхание.

– Скажи, что тоже скучала… – попросил он, приткнувшись губами к моей макушке, и я окончательно растаяла.

– Скучала… Но всё равно, ты не должен был уезжать, не поставив меня в известность! – не забыла я о своей претензии, хотя высказала её куда мягче, чем планировала изначально.

Мартин тон оценил и улыбнулся широко-широко, наклонился, чтобы поцеловать мою шею, провёл языком по линии подбородка и игриво прикусил будто напоказ оттопыренную нижнюю губу.

– Ну что ты делаешь?! – взвизгнула я, а он не позволил ускользнуть, обхватил меня за талию обеими руками сразу, отогрел.

– Я скучал, – поделился он болью снова и не удержался, ткнулся лицом в мои волосы, жадно втягивая в себя их аромат. – Выл по ночам в подушку… Всё ждал тебя…

– Мог бы прийти и сам, – дёрнула я плечом в знак независимости.

Мартин оставил мой «знак» без внимания и печально покачал головой.

– Не мог.