Вкус к жизни

Да, в чём-то он был определённо прав: отдыхать на яхте и работать на ней – разный уровень удовольствия. И если прежде, приближаясь к этим громадинам, я до мелочей продумывала всевозможные косяки, вплоть до выпавших за борт гостей и очередного именинника с внезапно нарисовавшейся морской болезнью, то теперь наслаждалась видами, вдыхала ароматы воды, влажного деревянного помоста и мокрого песка вдалеке. И даже противный моросящий дождь, который всего час назад был снегом, не мог испортить мне настрой. Я хотела жить! Здесь и сейчас! А ещё, пожалуй, давно не испытывала такого тревожного чувства скорой потери. Что именно я боялась потерять, пока было непонятно, но интуиция подсказывала, что помашут ручкой мой душевный покой и женская гордость.

Яхты стояли в ряд и казались одна другой краше. В искусственном свете они теряли любые дефекты и недочёты, поражая воображение своей величественностью и надменным превосходством. Густые серые тучи с невероятной скоростью проносились над ними, отражаясь в тёмных стёклах капитанской рубки. Красиво!

С потаённым интересом я посматривала за тем, как уверенно и естественно двигается Женька. В моём муже не было и сотой доли того залихватского азарта, жажды победы, желания идти вперёд. Именно в этот момент мне стало себя нестерпимо жалко! Ведь за своим стремлением к бесконечно удаляющейся цели, я упустила не только молодость, моменты счастья, такие необходимые мгновения удовольствия. Всё чаще я чувствовала удовлетворение от проделанной работы. Да, именно так… удовлетворение. Я с важным видом стояла перед панорамным окном своего офиса, держала в руках бокальчик игристого, бутылочку которого открывала после особенно удачных сделок и… ничего… Это было не счастье, я не ощущала чувство полёта, что знакомо мне ещё из детства. Результат просто удовлетворял и казался вполне сносным. Я едва уловимо кивала собственному отражению в стекле и ненатурально улыбалась уголками губ.

И вот сейчас я вдруг поняла, насколько фальшивым оказался собственный успех! Женьку несла вперёд наполняющая его лёгкость. Он прекрасно осознавал, что делать, для чего и как. Я же, казалось, едва-едва подползла к выходу из застенок собственного, взвинченного до небес эго! И то, что было до этого… всё зря, всё впустую.

Женька остановился напротив одной из самых роскошных яхт. Макушка верхнего яруса, казалось, вспорола острым краем брюхо очередной грозной туче, и дождь посыпался из неё густо, капли его были особенно холодными и злыми. Я поторопилась и нырнула под гостеприимно раскинутые Женькины руки, чтобы как можно скорее оказаться под защитой, скрыться от пронизывающего ветра.

Удивительно, но нас никто не встречал. Абсолютно пустые палубы, чуть влажные от косых брызг дождя, казались необитаемы.