Частный визит в Париж

Представляешь? Ногу заносишь, чтобы сделать следующий шаг, а валенок остается на месте, по края в снегу, и через носок к ступне тут же пробирается жгучий холод. А то еще, бывало, не удержишься, особенно когда в руках дрова, и ляпнешься босой ступней в снег… Я, маленький, часто заглядывал в голубоватые лунки моих следов в снегу – верил, что там живут маленькие человечки, которые цепляются за мой валенок и не пускают его. Хотел их подстеречь… И вот сейчас у меня такое чувство, будто делаешь шаг, а валенок стоит на месте. И только холод…

– Я понимаю. Но что я могу сделать? Заявление в полицию мы положили, если бы папа нашелся, живой или мертвый, нам бы сообщили. Детектива наняли. Что еще?

Максиму снова вспомнился силуэт в саду… Был или не был? По его спине побежал холодок."

"– Не знаю, надо попытаться как-то выстроить версии. – Он опустил наконец свою руку, прикрывавшую нервным жестом глаза, и посмотрел на Соню: – Ты же лучше знаешь тех, кто тебя окружает, своего мужа…

«Он уговорил меня остаться, потому что рассчитывал таким образом избавиться от Жерара! – вдруг осенило Максима. – Его донимает мысль, что у жены какие-то отношения с этим Карлсоном – он не знает точно какие, но ревнует. Успешно выжив Жерара из дома, он потом испугался, что я тоже представляю опасность… Вот что означал его странный, напряженный взгляд на прощание! И он засел в саду… Он?»

– Ты подозреваешь Пьера? – удивилась Соня. – Ты предполагаешь, что он мог… иметь к этому какое-то отношение? Он не способен на такое.

– Тебе лучше знать. Но мне он кажется человеком расчетливым, меркантильным, практичным, который готов на многое, чтобы заполучить то, что он считает ценностью… – «Тебя, например», – чуть не добавил Максим.

– Он такой и есть, – слегка улыбнувшись, ответила Соня.

Максим хотел было снова вскинуться с обличениями, в которых не было нужды… Но удержался.

– Тебя это не раздражает? – спросил он только.

– Ты меня не знаешь, Максим. Это то, что мне нужно.

– Не совсем понимаю… – «Я говорю неправду, Сонечка, я тебя прекрасно понимаю…»

– Ну, мне спокойно с ним…

– И это все, что тебе нужно?

«Понимаю, но лезу на рожон. Как последний дурак. Как бы остановиться? Может, просто уйти?»

– А что ты хочешь? Я вроде рачка, а он для меня подходящая ракушка. Защита.

– От кого?

– От себя, наверное.

– Я так и понял, что ты Пьера не любишь!..

«Хватит, Максим, уймись, эта не твоя женщина и никогда тебе принадлежать не будет; у тебя нет никаких прав ее упрекать в чем бы то ни было!»

– Я к нему привязана. Я его люблю, по-своему. Но не так, как обычно понимают это слово. Так я не хочу.

– А чего же ты хочешь?

Соня неопределенно мотнула головой, глаза ее потемнели и сузились, изучая какую-то точку на поверхности стола.