Витражи

Помещение было освещено магическим светом, и поэтому я не сразу сообразил, что нахожусь в обычном гараже. Правда, авто здесь отсутствовало, а имелось кое-что другое: большой плоский камень - алтарь. На нем кто-то лежал в неестественной позе, а рядом стояли Стихии, Захар, Сырин и Кристина. Не хватало только одного… И тут я понял, что он как раз здесь.

В горле встал ком, но я все же заставил себя подойти ближе на негнущихся ногах. Все глянули на меня, но никто не проронил ни слова - все как зачарованные смотрели на тело, распростертое на алтаре, тело, которое еще совсем недавно было человеком, магом второго разряда, одним из руководства приморскими магами - на алтаре, раскинув руки, с ножом в сердце, сплошь залитый кровью лежал Красов Петр Иванович.

– Господи, нет! - я не смог сдержать возгласа. Так вот почему он мне не ответил на мой вызов. Вот почему у Захара был такой голос…

– Он пропал вчера, - все тем же мертвым голосом сообщил мне Захар. - Мы нашли его слишком поздно…

Я не нашелся, что ему ответить. Я не знал, что со мной, я будто только что потерял кого-то такого родного и близкого. Я никогда не любил его, никогда не принимал в серьез, вечно отказывался подчиняться, даже угрожал… А теперь его нет. Не то что он был мне близок, просто он был частью моей жизни, тем, кого я видел и выслушивал ежедневно на протяжении пяти лет. И чего ради он принял бессмертие, тем самым отказавшись от семьи и детей? Он думал, что будет столетиями хранить магические заветы, а его прирезали, как поросенка к обеду. Мерзко, как же мерзко было на душе! Отвратительно!

Глаза мертвеца были все еще открыты, а на лице осталось выражение… нет, не страха - изумления. Наверное, перед смертью, он тоже задавал себе вопрос, ради чего он потратил жизнь на магические правила, а не на личное счастье…

Эти глаза… Почему они до сих пор не закрыли их? Могли бы отдать дань уважения покойному. Или хотели, чтобы все увидели каждую деталь? Спасибо, насмотрелся.

Я сделал шаг и провел рукой по мертвому холодному лицу. Веки опустились."

"Я уже капитально обмозолил журналистам глаза, потому как уже второй час не уходил с балкона. Пачка сигарет кончалась, а мне было все так же скверно. Что же эта проклятая магия дает, кроме смерти? Власть? Да какая, к черту, власть! Иллюзию власти и смерть - вот то, что получает каждый маг.

Лена вернулась с работы, а я все еще торчал на балконе. Стас и был дома, но он что-то сегодня не горел желанием испытывать мои нервы.

Вскоре Лена вышла на балкон.

– Может, хватит?

Я не ответил. Слова были не нужны, она и так меня прекрасно понимала, поэтому больше ничего не сказала, а просто пристроилась рядом, как и я, опершись о балконные перила.

– Знаешь, что самое скверное во всей этой истории? - сказал я. - То, что его некому оплакать. Его никто не любил.