Високосный убийца

На вчерашнем совещании они выбрали нужные фразы и теперь строго следовали правилам поведения при слежке. Говорить свободно разрешалось только после проверки.

Нина открыла холодильник, достала и включила черный прибор размером с колоду карт — детектор сигналов. На совещании Брек научила Нину им пользоваться. Раз Фордж сумел проникнуть в их номер, то мог установить прослушку, отслеживающие устройства и камеры на багаж или тактическое снаряжение.

Нина незаметно провела детектором над одеждой и сумкой и получила результат, добравшись до затылка Гинзберга.

Писк датчика прекратился.

— Чисто, — Нина кивнула.

Агент опять постучал по уху, включая микрофон.

— Чисто, — отчитался он перед командой и сказал Нине: — Утром мы затонировали стекла сзади и по бокам, так что надевайте микрофон, никто не засечет.

Он повернул на Седьмую улицу, легко лавируя между редкими автомобилями, а Геррера вынула сумку, которую накануне ей дал Харпер.

— Как прошло? — поинтересовался Гинзберг.

Нина не успела вставить наушник, но и без того поняла: ее спрашивают от имени команды. После отъезда остальных агентов час назад она пребывала «в слепой зоне», выражаясь терминами ФБР, — то есть не выходила на связь с коллегами. Разумеется, все волновались, как прошел разговор с Пересом.

— С Пабло полный порядок, — громко объявила Нина, чтобы микрофон Гинзберга уловил ее слова. — Можно ехать.

После тщательно отрепетированного диалога с Пересом ее ждала столь же продуманная сцена выписки из отеля. Нина перестраховалась — вдруг Фордж установил камеру? — и притворилась, будто ей пришлось переодеться в оперативную форму из-за внезапного звонка Пабло, который нарушил ее планы. На ресепшен она спустилась в черном форменном костюме, черной футболке и с кобурой на тактическом ремне. «Глок», бронежилет и черные ботинки завершали экипировку.

Нина вставила и включила наушник.

— Проверка связи, прием.

— Вас понял, прием, — отозвался низкий голос Бакстона.

— Вас поняла, сэр, прием.

— Отлично. Мы на месте. Далее будем использовать нашу систему связи.

Гинзберг молча вел машину, а Нина слушала голоса спецназовцев и членов группы наблюдения. Пока они напоследок обсуждали расстановку сил, Нина вспомнила слова Переса: СМИ применяют сканеры частот, чтобы прослушивать переговоры. Фордж разбирался в электронике. Вдруг и он так умеет?

— Он ведь не может перехватить сигнал? — вслух спросила Нина.

— Мы пользуемся защищенным каналом, — раздался голос Харпера в наушнике. — Сигнал зашифрован.

Нина успокоилась, но не теряла бдительности. Под шорох переговоров Гинзберг остановился в заброшенной промзоне. Нина вылезла из машины и дошла до угла здания, которое ей показали на совещании.

— Я на месте, — тихо пробормотала она.