Вишня во льду

 – Там теплее, там нет вроде бы простых, но уже запутанных отношений, там нет сердитых на тебя интеллектуалок. Там есть друг Эдик и интересная работа, которая обязательно принесет результат. А когда я найду оставшиеся пять картин и распутаю это дело, я больше никогда-никогда не зайду в областную картинную галерею и не увижу ни одну из работающих там дам, въевшихся мне в печенки. За исключением Марии Викентьевны, естественно.

Прогрев машину, Дорошин запер ворота, отвез Габи Елене, которая даже не вышла их встречать, отправила открывать дверь деда, и, чертыхаясь про себя, поехал на выезд из города в сторону Москвы. Как он очутился в центре города перед галереей, он и сам не знал. Не собирался он сюда заезжать, но все-таки заехал.

Мария Викентьевна была на месте, и Елена Золотарева, оказывается, была на работе, и встречать его дома не вышла только потому, что ее там не было, и понимание этого факта отчего-то обрадовало Дорошина, которому не могло быть никакого дела до того, встречает его Елена Золотарева или нет."

"– Витенька, мальчик мой, здравствуйте, – обрадовалась ему Склонская, а мы вот по морозу такому на работу добрались, нужно вещи разложить, обжиться на новом месте, потом не до этого будет, первую выставку начнем готовить. А вам что дома не сидится?

– А я в Москву поехал, – мрачно сказал Дорошин, стараясь не смотреть на тоже старательно не замечающую его Елену. – Забежал попрощаться. И еще с Калюжным хочу пообщаться. Он здесь?

– Да, у себя. Вас проводить? Леночка, проводи Виктора Сергеевича к Андрею, – засуетилась Склонская.

– Он и сам прекрасно дойдет, – насмешливо ответила Елена. – Виктор Сергеевич прекрасно находит то, что ему нужно, так что разберется. Отсюда по коридору вторая дверь налево.

– Благодарю вас, вы очень любезны, – церемонно ответил Дорошин и даже ножкой шаркнул от преувеличенной вежливости.

Нет, определенно, Елена была занозой, настоящей колкой занозой, воткнутой в мягкие ткани и напоминающей о себе в самый неподходящий момент.

Калюжный оказался на месте. Обернувшись на звук открывающейся двери, он увидел Дорошина, вздрогнул, покраснел, затем побелел, а затем покрылся неровными некрасивыми пятнами, усеявшими лоб, щеки и худую шею, торчащую из широкого, растянутого ворота теплого шерстяного свитера. Люди, которым нечего скрывать, так не пугаются при виде безобидного полицейского.

– Здравствуйте, Андрей, – поздоровался Дорошин, размышляя о причинах подобного испуга и вспоминая давешний рассказ Ксюши. Она слышала, как Калюжный разговаривал с кем-то по телефону. Что он тогда говорил?.. «Не подводите меня, от этой сделки зависит вся моя будущая жизнь». Кажется, именно так рассказывала Ксюша.