Вирус тьмы, или Посланник

— На эти темы с ним можно беседовать сутками, он фанатик-исследователь и готов ради знаний прыгнуть в пасть дьяволу.

— Ты обо мне слишком хорошего мнения, — застеснялся Такэда. — А как мы отсюда выйдем?

— Ногами. Обрыв перед тобой — на самом деле выход. Все, Оямович, вопросы потом, разворачивай второй подарок — скатерть-самобранку Итангейи, я тоже не прочь перекусить. А заодно проведем ревизию снаряжения.

Такэда открыл транскоф и начал выкладывать его содержимое на траву: арбалет со стрелами — свернутыми пространствами, шиххиртх, прибор многодиапазонного видения, пси-рацию, пэри — золотую «муху» опознавания, врученную Вуккубом, пластинку из «слоновой кости» — кухонный комбайн, или скатерть-самобранку, коробку НЗ.

— Все, там больше ничего нет.

Сухов кивнул, достал из внутреннего кармана отливающий живой чернотой пистолет — инферно. Умертвие. Взвесил в руке и спрятал обратно. Погладил торчащую за поясом рукоять меча.

— Я думаю, этого нам будет достаточно.

— Ничего, прорвемся.

— Прошу учесть еще вот что, — продолжал Дадхикраван, не выказывая чувств. — Размерность Гашшарвы не целочисленна, что порождает ряд эффектов, абсурдных с точки зрения человека, а квантование пространства-времени происходит по другим законам.

— Ну-ну? — Глаза Такэды загорелись. — А как это выглядит конкретно?

— Узнаете. — Ответ Дадхикравана был сродни пожиманию плечами. — Серые зоны мы, может быть, и пройдем, но в мертвых зонах чрезвычайно высок риск случайной гибели. А отличить их друг от друга извне почти невозможно.

— Ну все, запугал до дрожи в коленках, — сказал Сухов, поглаживая рукой пластинку «скатерти-самобранки». Как, Оямович, может, вернемся?

— Двум смертям не бывать… — начал Такэда.

— …а одной не миновать, — закончил Никита, и тишину этого дивного уголка земной природы нарушил дружный хохот.

Огненный псевдочеловек смотрел на них растерянно, с легкой тревогой. Не разбираясь в человеческих эмоциях, он не совсем понимал причину смеха, зная, что впереди их ждет смертельная опасность. 

В том, что они попали в Мир Абсурда, Такэда убедился в первые же минуты путешествия по Гашшарве.

Из кокона отдыха с земным ландшафтом они вышли в сине-фиолетовое марево без определенных ориентиров, с плывущими светящимися дымами, неясными темными громадами, с низкой туманной пеленой вместо неба и скользящими между громад голубыми, просвечивающими, как кисея, призраками. Призраки иногда проносились целыми вереницами и долго светились сквозь туман причудливыми пятнами, постепенно тускнея. Они были изменчивы и неуловимы, бесшумны и неустойчивы, как и дымы, и темные утесы, похожие на горы тяжелого дыма, и лишь твердь под ногами не обманывала зрение — брусчатка!

Сила тяжести в этом мире была близка к земной.