Вирус лжи

Но Маша не просыпалась, ужас сковал Геннадия — как же так, что человек спит и проснуться не может?

— В сумке таблетки были какие-то…

— Погоди, вызову неотложку. — Реутов с сожалением посмотрел на спящую девушку. — Таблетки не трогай, это улика.

— Что ты хочешь этим сказать?!

— Кто-то, наверное, подменил ей лекарство. Это капсулы, подменить их содержимое несложно. На вид такие же, иначе она бы заметила подмену, а внутри, видимо, какой-то сильный барбитурат[1].

— Может, она решила покончить с собой?

— Ген, когда решают сделать такое, то не покупают краску для волос — а в ванной она есть — и не развешивают стираное бельишко. Нет, брат, кто-то решил убрать эту барышню, но так, чтоб все выглядело как банальное самоубийство. Но я-то, брат, не пальцем деланный, меня не проведешь!

Реутов набрал номер «Скорой помощи» и, взглянув на Генку, вышел в ванную — в крохотной квартирке и поговорить спокойно нельзя, а надо еще Бережному доложить.

Маша продолжала спать, и Генка в отчаянии смотрел на нее, понимая, какой он был дурак. Он же ничего не успел сказать ей, все чего-то боялся или на потом откладывал. А ведь никакого «потом» у них может уже не быть.

* * *Олег еще не вставал с кровати. Силы возвращались медленно, и все, что он мог, — это самостоятельно дойти до туалета, что уже считал огромным достижением. В своем коротком путешествии по коридору он старался не смотреть в сторону других боксов — в одних, прикованные наручниками, лежали его соседи, в других — дети, которых он раньше вообще старался не замечать. А теперь вся эта неприятная публика перекочевала сюда, и Олег был этому не рад.

А еще ему очень хотелось на работу. Идея новой программы овладела им, он уже знал, как напишет ее, и этот продукт клиенты с руками оторвут, потому что ее многофункциональность позволит расширить известные пределы… Олег даже представить себе не мог, как далеко. В своих блужданиях по серым лабиринтам, чтобы отвлечься от назойливого шепота, звучащего непонятно откуда, — неразборчивого, но пугающего, Олег создал свою реальность, и эта программа превратилась там в его личную игру, со своей графикой и уровнями, и подчас уходить не хотелось, но кто-то настойчиво звал его извне, он просыпался — и всегда видел рядом Наташу. Это ее голос разрушал серый лабиринт, а программа оставалась.

Но его ноутбук пока недоступен — Наташа настояла в категорической форме. Олег улыбнулся, вспомнив о Наташе. Она нравилась Олегу, и не просто нравилась. И как-то так вышло, что никакие ухаживания и долгие томления оказались не нужны, да и глупо начинать томиться, когда барышня уже видела тебя голым."

"Это Олега смущало. Все его прежние отношения с девушками разбивались именно по причине его неумения ухаживать.