Вирус лжи

 — Сходи на УЗИ и потом уже обрадуй Данилку. Вы будете прекрасными родителями, я в этом абсолютно уверена.

Алина шмыгнула носом — так и есть, плачет."

"— Тетя Дина, мы к тебе в гости приедем.

— Обязательно приезжайте, что ж тут ехать-то, фигня.

Убийство сложилось в голове как пазл. Вот же он, идеальный способ устранения негодяя, и никто никогда не догадается! А въедливому сыщику можно дать щелчок в нос.

Поговорив с племянницей, Диана пошла на кухню печь пирог и продумывать детали. Кое-кому оставалось жить считаные часы, и это было отлично.

Потому что в издательстве уже ждали новую книгу.

2

Скандал разгорался все сильнее. Казалось, даже стены старого дома начинают вибрировать от голосов, звучащих на высокой истеричной ноте. Высокие потолки усиливали звук, и Олег поморщился — сегодня соседские склоки мешали ему особенно, потому что температура, терзавшая его всю ночь, к утру только усилилась, тело болело от ломоты — грипп, конечно, в этом Олег уже не сомневался. Сомневался он только в том, что сможет вылечиться в центре коллективного помешательства. Звукоизоляция, установленная прежним хозяином квартиры, обычно хорошо глушит звуки, но бывают дни, когда ее недостаточно.

И сегодня именно такой день.

Олега и раньше напрягали постоянные ссоры между соседями, напрягали настолько, что он предпочел не знакомиться ни с кем, тем более что приходил к себе только ночевать, но сегодня он остался дома, потому что поймал грипп, и звуки скандала доставляли ему физическую боль — в голове пульсировал каждый удар сердца, многократно усиленный звуками извне.

Вот что-то с грохотом ударилось о его дверь, крики стали истошными: вопили женщины, кричали мужчины, орали дети, и Олегу казалось, что за дверью бушует бестиарий и единственный островок чего-то нормального — его квартира.

Олег с тоской посмотрел на свою пол-литровую фарфоровую кружку, которую его приятели в шутку называли «сиротской». Еще час назад кружка была до краев наполнена зеленым чаем, но это было час назад, а сейчас она почти пуста, и этот факт не изменит ничего, даже оптимизм, которого осталось совсем мало. Олег понимал, что придется подняться и заварить новый чай или хотя бы воды налить, но проклятый грипп сделал его практически инвалидом. Он всегда очень тяжело переносил респираторные инфекции, даже те, которые остальное человечество почти не замечает, отделываясь легким насморком, валят его с ног, а грипп и вообще ставит на грань между реальностью и метафизикой. Заболев гриппом, Олег становится неспособным о себе позаботиться. Раньше его выхаживала мать, но теперь ее нет. И привычной жизни тоже нет — родительская квартира продана, деньги поделены между тремя наследниками, и его доли хватило только на эту комнату посреди сумасшедшего дома.