Вираж бытия

Вы, я полагаю, тоже без еды сидели?

– Так и есть, – осторожно ответил Поликарпов.

– Извините за ожидание. Жутко не люблю опоздания. Но в нашей жизни не все от нас зависит. Проходите. Располагайтесь.

Поликарпов прошел к указанному ему месту за столом. И сел, положив перед собой папку.

– Я слышал, что у вас с истребителем проблемы. – Михаил Васильевич уже знал о гибели летчика испытателя. Как и о том, что на Поликарпова из-за этого в НТК ВВС ополчились. Точнее не из-за этого. Трагедия стала лишь поводом, чтобы задвинуть разрабатываемый им проект и запустить проработку нового.

– Проблемы есть, но мы работаем над их устроением. – все также осторожно ответил он.

– Работаете? Это хорошо. От авиаторов на вас жалобы поступают, будто бы вы не можете выполнить поставленные ими задачи. Вот, и товарищи из ОГПУ заинтересовались. Так что проблемы эти нужно как можно скорее разрешить.

– Понимаю, – произнес побледневший как полотно Поликарпов.

– Что это за проблемы? Может быть я чем-нибудь помогу?

– Они касаются инженерных задач, товарищ нарком. – предельно вежливо ответил Николай Николаевич, намекая на некомпетентность собеседника в подобных вопросах.

– А вы их проговорите. Объясните мне – что не так. В конце концов, если конфликт возникнет, я хочу быть в курсе. Чтобы, если получится, вас отстоять. Мне нужен инженер-конструктор. А им, видите ли, не нравится, что вы сын священника и верующий. Социально чуждый элемент.

– Боже…

– В связи с особыми обстоятельствами я поставил вопрос ведения разработки истребителя И-1 под свой личный контроль.

– А Авиатрест?

– Там вздохнули с облегчением, ведь и ответственность теперь на мне. Дело это архиважное. Внешнеполитическая обстановка накаляется день ото дня и может так оказаться, что внезапно грянет война. А мы к ней не готовы. У нас ведь, по сути, нет ни одного нормального современного истребителя, готового на равных драться с самолетами потенциальных противников. Сами понимаете – авиаторы нервозны. И Авиатрест, который за все это отвечает. Новую модель разрабатывать – это дикость и глупость. Когда? У нас нет столько времени.

– Понимаю, – часто закивал головой Поликарпов. – А научно-технический комитет?

– Я решу с ними вопрос. Главное – дать армии хороший истребитель. Поняли?

– Понял.

– Хорошо. Тогда давайте вернемся к самому началу нашего разговора. Рассказывайте – что у вас с истребителем. И-1, так он маркируется?"

"– Все верно, – кивнул Поликарпов. И, открыв папку, начал доставать бумажки и вещать.

Фрунзе же встал со своего места и подсел рядом. С боку. Чтобы не сидеть с конструктором в оппозицию. Да и так лучше было видно.

Суть проблемы сводилась к тому, что истребитель был склонен к падению в неуправляемый штопор.