Топить в вине бушующее пламя печали

Зачем нам вообще тогда этот ваш архив, чтобы целыми днями есть? Пренебрежение должностными обязанностями — это преступление!

Выражение лица Сяо Чжэна сделалось таким уродливым, что даже оплеванные им сотрудники так и не осмелились ничего сказать.

— Изолировать всех, кто работал в архиве! Поочередно проверить каждого сотрудника! — едва сдерживая гнев, холодно процедил Сяо Чжэн, с трудом веря, что он может хоть в чем-то положиться на этих бездельников. — Соедините меня с Отделом ликвидации последствий.

— Директор Сюань! — в госпитале Чиюань Пин Цяньжу приняла вызов, и немедленно обратилась к Сюань Цзи. — Директор Сяо на связи. Он спрашивает, знаете ли вы, как решить проблему с призрачной бабочкой?

— Призрачная бабочка? — запомнив тон девушки, Шэн Линъюань тут же повторил ее слова на мандарине. Он взглянул на экран планшета Пин Цяньжу, а затем злорадно рассмеялся. — О, это же «бабочка с человеческим лицом». Плохо, с этим существом трудно иметь дело.

Сюань Цзи бросил взгляд на изображение призрачной бабочки. На этот раз «Альманах тысячи демонов» отреагировал своевременно. Словно из ниоткуда появилась подсказка: стоит только бабочке с человеческим лицом обнаружить вторжение внешних сил, как ее огонь тут же уничтожит и камни, и яшму4. Кроме того, эти создания не переносят холод, они тут же замерзают.

4 玉石俱焚 (yùshí jùfén) огонь уничтожает и яшму, и камни (обр. истребить и правых, и виноватых; вести борьбу не на жизнь, а на смерть).

— Понижение температуры!

— Чушь собачья! — глубоким голосом сказал Сяо Чжэн. — Первое, что нужно сделать для криохирургии — деактивировать паразита. В противном случае, как только эта штука почувствует вторжение, она сожжет себя вместе с носителем. Этот процесс займет не меньше двадцати четырех часов. Где я найду для тебя двадцать четыре часа?

— В этом нет ничего невозможного. Я научу тебя кое-чему, — вероятно, Шэн Линъюань смог разобрать некоторые слова и беззаботно вмешался. Может быть потому, что тёмное жертвоприношение должно было вот-вот свершиться, его безжизненные глаза и бледные губы налились кровью. Однако красный цвет не добавлял ему жизни. Это было больше похоже белую бумагу, покрытую слоем киновари. Зрелище захватывало дух и еще больше пугало. — Последний человек должен умереть в полночь, и, если что-то пойдет не так, заклинатель окажется в беде. Так как жертва уже попала в ваши руки, решение должно быть принято немедленно. Если вы не можете спасти его, то сможете ли убить?

— Кто это говорит? Дьявол, вызванный тёмной жертвой? Что он сказал?

— Он сказал, — Сюань Цзи поднял голову, его прекрасные глаза феникса были затянуты туманом, но в глубине его зрачков, казалось, горел огонь. — Лучше бы нам успеть поймать заклинателя до того, как наступит полночь.