Топить в вине бушующее пламя печали

«Не слушай, Линъюань… Не смотри… Позволь мне кое-что тебе сказать… еще кое-что… Быть сломанным клинком не обязательно плохо… Зато теперь я могу быть свободным…»

«Я все равно собирался отправиться в путешествие без тебя… Ты ведь каждый день занят своими важными делами…»

«Я тоже хочу повидать мир. Я больше не желаю использовать твой дрянной язык… все такое интересное, а ты, привереда, считаешь это странным… Ты только… Ты только и можешь, что даром есть хлеб… и пить простую воду…»

Когда был создан меч демона небес, пришлось принести в жертву восемьдесят одну жизнь. Все эти люди были «первоклассными мастерами». Только они могли запечатать в клинке ярость Чиюань, пылавшую со времен первой битвы, развязанной императором Пином.

С этого дня, каждую ночь, с полуночи и до рассвета, мальчик и его меч страдали от бесконечных пыток в море огня и боли. Они должны были постоянно бодрствовать и бороться. Они должны были сохранять ясность ума и не дать злым духам поглотить их.

Только тот, кто способен пережить многократную шлифовку и закалку, сможет стать императором, которому под силу подавить демонов.

Шэн Линъюань с детства скитался по свету, он был слаб. Тысячи ночей человек и меч жили, прислушиваясь к голосам и дыханию друг друга.

И это знакомое дыхание должно было вот-вот исчезнуть.

Лезвие меча демона небес треснуло от кончика клинка и до рукояти.

И тогда, в глубине своего сознания, Шэн Линъюань впервые увидел дух меча.

Может быть, все потому, что меч был создан из птицы, у духа за спиной были крылья. Он был буквально обернут в огненные перья. Линъюань не смог рассмотреть его лицо, он видел только силуэт. Юноша был худым и казался очень хрупким. Ему было уже за двадцать. Будь он человеком, он бы уже давно достиг брачного возраста​​​​​​​4 и мог бы обзавестись семьей.

​​​​​​​4 及冠 (jíguàn) — достигать брачного возраста (о молодом человеке в двадцать лет, когда ему надевают шапку взрослого мужчины).

Шэн Линъюаню отчаянно хотелось обнять этот клубок пламени и посмотреть на его лицо. Но, прежде чем он успел встретиться с ним взглядом, человек перед ним обратился в прах.

В этот момент душа Шэн Линъюаня преодолела оковы тела, и юноша, наконец, вырвался из «тысячелетнего» кошмара. Его конечности не слушались, вокруг толпились бесчисленные слуги.

В его глазах, казалось, горело адское пламя, способное сжечь все живое на своем пути. Юноша выбрался из своей постели.

Дух меча демона небес исчез в глубинах его сознания, но слабый голос все еще звенел у него в ушах невысказанными словами: «Линъюань, я…»

Но они не оставили ему даже этого. Правитель клана гаошань в последний раз ударил по клинку, и голос оборвался.

Тело меча дрожало и ревело. В мгновение ока холодное лезвие стало огненно-красным.