Топить в вине бушующее пламя печали

Специальные пули вспыхнули ослепительным белым светом и врезались в тело Алоцзиня. Одна из пуль угодила точно в кровавую дыру между его бровей.

— Отлично! В десяточку, брат! — крикнул Сюань Цзи.

Но едва его голос затих, как Сюань Цзи увидел, что раны на теле Алоцзиня начали стремительно затягиваться. Их специально обработанные пули, оказались подобны брошенному в море песку. Они исчезли в теле юноши, не оставив ни следа. Но скорость Алоцзиня ничуть не уменьшилась. В его руке появился еще один клинок!

— Твою мать, что это за чертовщина? Директор Сюань, у тебя есть еще какие-нибудь трюки, кроме огненных? Или ты можешь попытаться поджечь его? Если ты случайно устроишь в лесу пожар, я потушу его.

— Не говори ерунды, — отозвался Сюань Цзи.

И дело было вовсе не в том, что он был человеком высоких моральных качеств, уделял особое внимание охране окружающей среды, и не мог позволить себе сжечь дерево. Просто лесопарк находился слишком близко к городу. Алоцзинь однажды уже прошел через этот огонь, и теперь его огнеупорности мог бы позавидовать даже асбест2. Он мог бы запросто изготовить эликсир бессмертия и потягаться с братцем Обезьяной​​​​​​​3. Жара обычного пламени юноше хватило бы лишь на то, чтобы погреть руки.

​​​​​​​2 Асбест или горный лён — собирательное название ряда тонковолокнистых минералов из класса силикатов, образующих в природе агрегаты, состоящие из тончайших гибких волокон. Огнеупорные качества асбеста — одни из самых высоких. Этот материал способен переносить воздействие высоких температур на протяжении нескольких часов.

​​​​​​​3 猴哥 (hóugē) — братец Обезьяна (обращение к Сунь Укуну).

Он не мог причинить ему вреда. Однако этого было вполне достаточно, чтобы сжечь весь Дунчуань. Даже этот карп-полукровка, старина Ван, не смог бы погасить его.

Одновременно с этим, Сюань Цзи задавался вопросом: «Как он может быть таким сильным?»

Он видел, что, когда Шэн Линъюань заколачивал гроб, для него это было так же просто, как вбить в стену несколько гвоздей, чтобы повесить на них нарисованную маслом картину. Это было так легко, что Сюань Цзи запросто угодил в ловушку иллюзии о том, что это Бедствие способно было лишь на то, чтобы бросаться преувеличенными слухами и маленькими, как капли дождя, заклинаниями.

Не потому ли, что он и Алоцзинь взаимно исключали друг друга?

Но у него не было времени думать об этом. Сюань Цзи увидел в руке Алоцзиня еще одно воздушное лезвие. Прозрачный клинок заскрежетал, словно металл. Этот «нож», вероятно, мог бы запросто нарезать его, как хлеб для тостов.

— Дай мне пистолет, — бросил Сюань Цзи и опустил руку на плечо Чжан Чжао. — Тормози!

Чжан Чжао тут же ударил по тормозам, едва не вдавив педаль в пол.