Топить в вине бушующее пламя печали

В аннотации говорилось:

Всю свою жизнь ты провел в окружении, был ли хоть кто-то, способный встать за твоей спиной?

В конце твоего путешествия, был ли хоть кто-то, способный позаботиться о тебе?

Когда все мечты обратились в пепел, а все надежды рассыпались в прах, был ли хоть кто-то, способный согреть тебя?

Во время празднования Нового года все пиршества во дворце прекращались…

Кто, кроме настенных фонарей и озябших в зимнюю стужу ворон, согласился бы разделить с тобой кувшин вина?

Шэн Линъюань, очевидно, услышал это, и в его мыслях раздался слабый смешок. Будто эти вопросы казались ему смешными и недостойными упоминания.

Они понятия не имели, куда их смыло. Вместе с тысячами белых костей, в потоке, испуская слабое флуоресцентное свечение, боролись и медленно гасли призрачные бабочки.

Как безмолвные звезды на рассвете.

Сюань Цзи ударился спиной о скалу, обхватил одной рукой выступающий камень и, наконец, выбрался.

Затем он увидел лунный свет.

Алтарь шаманов, будучи запечатанным в течение тысяч лет, медленно поднимался на поверхность.

Желаем вам долгой жизни.

Однако у Сюань Цзи не было времени наслаждаться лунным светом. Его чувства в этот момент были точно такими же, как вода в озере: ему было очень холодно.

Заклинания, которыми полнился этот алтарь, были куда страшнее, чем вирус сибирской язвы. Если оттуда вылетит хотя бы одна бабочка, вся эта ситуация превратится в «Обитель зла».

Вокруг него плавали длинные волосы Шэн Линъюаня. Но едва Сюань Цзи протянул руку, как в его сознании тут же прозвучал скрежещущий голос: «Посмеешь еще раз дернуть нас за волосы, и мы покараем все девять поколений твоей семьи»1.

1 九族 (jiǔzú) 9 поколений (от прапрадеда до праправнука).

«Карай, карай, карай, как тебе угодно. Я должен вернуться в Управление и узнать общую численность местного населения, — быстро проговорил Сюань Цзи. — Бабочки не должны покинуть это место!»

«Я знаю. Замолчи и не шуми».

«Ну и как нам поступить? Ваше Величество ведь не хочет стать причиной массовой гибели людей?»

Эти двое еще не успели обсудить произошедшее, когда увидели рядом какое-то «дикое животное». «Животное» плескалось по-собачьи и кричало.

Сюань Цзи повыше поднял ногу с прицепившимся к ней грузом и хорошенько присмотрелся. Это был Ян Чао, паренек из его отдела.

— Аспирант? Откуда ты здесь?

Ян Чао выглядел так, будто только что закончил резать сотню луковиц. Он никак не мог перестать плакать и уже почти ослеп. Юноша вцепился в Сюань Цзи руками и ногами, почти сорвав со своего начальника единственную уцелевшую одежду, и едва не захлебнулся.

— Директор… я… я еще не сдал экзамены.