Топить в вине бушующее пламя печали

Мужчина был жив. Юноша с облегчением вздохнул и пошевелил конечностями, проверяя, не сломал ли он себе что-нибудь.

Но стоило ему сдвинуться с места, как что-то ощутимо хрустнуло у его ног.

А? Все-таки что-то сломал?

Он щелкнул пальцами и на его ладони вспыхнул маленький огонек. Сюань Цзи опустил руку, чтобы осветить пространство вокруг…

Юноша едва не бросился бежать, а затем подпрыгнул и снова расправил крылья, повиснув в воздухе.

Его огненные перья хорошо освещали землю. Он не знал, насколько велико было это проклятое место. Всюду, куда проникал свет — пространство было усеяно человеческими костями. Их было сложно не заметить. Сложенные друг на друга, кости образовывали один слой за другим, так, что не было видно пола. Скелеты, большие и маленькие, смотрели в небо. С точки зрения Сюань Цзи, они глядели на него так, словно были единым живым существом. Темные впадины глазниц светились холодным огнем.

— Старший, ау? Привет, ты еще жив? Старший? — по телу Сюань Цзи пробежали мурашки, а в горле пересохло. Когда он протянул руку, тяжелый меч оторвался от земли, увлекая за собой дюжину сломанных костей, повисших на нем.

Сюань Цзи быстро усвоил предыдущий урок. Опасаясь, что Шэн Линъюань вновь начнет действовать, исходя из плохих побуждений, он даже не попытался схватить рукоять. Остановив руку в десяти сантиметрах от меча, он позволил оружию смиренно висеть сбоку:

— Скажи хоть слово, это проклятое место очень страшное… Ау?

Тяжелый меч долго не подавал никаких признаков жизни. И, когда Сюань Цзи уже было решил, что в этом проклятом месте «плохой сигнал», он услышал, как Шэн Линъюань сказал:

Его голос изменился, теперь он звучал как будто издалека.

Сюань Цзи неуверенно подумал: «Стоп, я, кажется, не слышу, о чем он думает».

Шэн Линъюань никак не отреагировал, и это лишь подтвердило его догадку. Дверь, построенная им посреди моря знаний, тоже исчезла.

У Шэн Линъюаня не было времени разбираться с этим. Ему было очень холодно. Крылья Сюань Цзи горели, источая тепло, отчего ему становилось только холоднее, будто он падал в ледяную пещеру.

Он не мог вспомнить, что такого особенного было связано с этими крыльями, но почему-то они казались ему знакомыми… Они пугали его.

Разве не странно, что такой отчаянный злодей как он, не боявшийся ни жизни, ни смерти, все еще мог чего-то испугаться?

Шэн Линъюань не хотел думать об этом. Под пристальным взглядом белых костей его головная боль только усилилась. Множество старых воспоминаний только и ждали момента, чтобы вырваться наружу. Они толпились вокруг него. Они словно кричали: «Где ты? Где же ты, лжец? Ты должен умереть!»

Этот голос разрывал ему сердце и легкие. Эти слова были подобны шипам, что пронзали его уши, желая разорвать его в клочья.