Твоя вина

– Если ты не спустишься к ужину, я приведу тебя силой, – шутливо пригрозил он. – Подумай, что лучше, любовь моя.

Если бы взглядом можно было убить, думаю, Николас сейчас бы лежал в могиле.

* * *Я разочарованно посмотрела на свое отражение в зеркале. Я не собиралась ужинать вместе с Софией и уж тем более не собиралась прихорашиваться для Ника. Сняла старую футболку и легинсы, бросив их на пол, выбирая, что надеть, не распаковывая чемоданы, стоявшие в гардеробной. В конце концов выбрала простые узкие черные джинсы, которые обычно напяливают для похода в кино, и белую футболку с надписью «Я люблю Канаду».

Ехидно рассмеялась. Уверена, сенатору понравится.

Заново собрала растрепанные волосы в хвост, умылась и нанесла на губы бальзам. Это было самое лучшее, что я придумала для званого вечера. Пусть София наряжается в тряпки «Шанель», если ей по душе. А я красива во всем… по крайней мере, так говорила бабушка.

Когда я спустилась в гостиную, пребывая в паршивом настроении, услышала незнакомый мужской голос. Все пятеро – Уильям, мама, Ник, София и ее отец – сгрудились у барной стойки и о чем-то мило болтали."

"Отчим разливал алкоголь. Издалека казалось, что все они сошли с обложки глянцевого журнала: такие красивые, высокие и изящные. Я посмотрела на свои кроссовки и опять ощутила себя лишней.

Мама увидела меня и немного удивилась, заметив мою футболку, но прежде чем она успела отправить меня наверх, Уилл тоже заметил меня и поприветствовал улыбкой.

– Ноа, подойди и познакомься с моим университетским другом Ристоном. Это моя падчерица, Ноа… Ноа, это Ристон.

В отличие от дочери, Ристон был типичным американцем: широкоплечий и высокий (прямо как Ник) блондин с ясными и чуть раскосыми глазами. Правда, София унаследовала его разрез глаз, как и маленькую ямочку на подбородке, которая всегда казалась мне восхитительной у девушек, но теперь была до нелепого смешной.

Я улыбнулась и подала сенатору руку. Рядом стоял Ник, но я даже не чувствовала исходящие от него тепло и защиту, на этот раз больше ощущался барьер, разделяющий нас.

Вскоре мы прошли в столовую, где Претт сервировала стол лучше, чем на Рождество, которое Лейстеры прежде вообще никогда не праздновали: мы с мамой разрушили их устои. Мне вспомнилось, как весело было видеть Уилла и Ника в шапочках Санта-Клауса. Каким же хмурым был бойфренд, когда я буквально заставила его повесить на разлапистую ель гирлянды и декорировать дом украшениями. Кстати, парню очень понравилось размещать омелу в самых укромных уголках особняка.