Наша вина

Я почувствовал, как она дрожит под моими руками, и поспешил из переполненной комнаты к лестнице.

– Я не просила тебя помогать мне, – упрекнула она и стиснула зубы.

Отлично, я успел ее разозлить.

Я направился в гостевую комнату дома. Я знал планировку, потому что бывал здесь не раз, проводя оживленные вечера с друзьями, когда после бесчисленных кружек пива не мог вести машину.

Я прижал Ноа к себе, возможно, неуместно, учитывая, что мы не встречаемся, и вдохнул ее запах, когда наклонился над кроватью, чтобы уложить ее на подушки.

В спешке, особенно из-за боли в спине, она сдернула ногами одеяла, забралась внутрь и укрылась. Я наблюдал за ней, пытаясь не рассмеяться.

Затем она взяла мою руку, потянув, чтобы я сел рядом с ней на кровать. Она оперлась об изголовье и посмотрела мне прямо в глаза.

– Я должна тебе кое-что сказать, – объявила она дрожащим голосом, сжимая мою руку, которую крепко держала.

Я нахмурился, ожидая, что она продолжит, и как раз в тот момент, когда она собиралась заговорить, дверь в комнату открылась, и на пороге появилась София.

Ноа побледнела.

– Мне сказали, что видели, как ты поднялся наверх, – сказала София, глядя на меня с притворным спокойствием.

Я встал и перевел с Софии на Ноа взгляд.

Глядя на Ноа, я понимал, что ничего хорошего из этой встречи не выйдет, но хуже всего то, что не я хотел идти вниз с Софией, совсем наоборот: хотелось закрыть перед ее носом дверь и услышать, что хотела мне сказать Ноа…

36

Ноа

Скажи ему, Ноа, скажи, скажи, скажи, скажи.

Я думала об этом с того момента, как увидела его в гостиной Дженны. Думала, что мое влечение к нему исчезло из-за всего, что произошло, и потому что я была так зла на все произошедшее, к тому же я теперь стану матерью. Ну, видимо, нет, потому что когда я увидела, как он идет через комнату ко мне, я начала дрожать, и не только от нервозности.

Он был дружелюбен, слишком дружелюбен для того, к чему я привыкла, и я практически потеряла дар речи. Вставая, я боялась, что он что-то заметит, например, что я набрала несколько килограммов… Лайон это заметил. Ник никогда не мог удержаться от желания сказать мне что-то колкое, так что либо он не заметил, либо я этого не поняла. Видимо, он понимал, что атмосфера и так была напряженной, поэтому предпочитал держать рот на замке.

Несмотря на нервозность, я сумела набраться смелости, чтобы сказать ему, что нам нужно поговорить. Но все сорвалось прямо у меня перед носом, когда дверь в мою комнату открылась, и появилась София, прервав один из самых важных моментов нашей жизни.