Наша вина

"

"– Мы умеем только причинять друг другу боль… и… я… – ее глаза увлажнились, и я увидел, как она сильно закусила губу. Ей не хотелось расплакаться передо мной, но я знал ее так хорошо, что готов был сказать, через сколько секунд она в конечном итоге потеряет контроль. Нам нужно преодолеть это.

Она говорила шепотом, который мог отчетливо слышать только я, так как стоял прямо перед ней.

Я инстинктивно обнял ее. Уткнулся лицом в ее шею и вдохнул клубничный аромат, исходивший от ее кожи…

– Я так скучаю по тебе… – призналась она, уткнувшись мне в грудь, и ее слова были как нож в мою душу.

Ничего не говоря, я схватил ее за волосы, потянул назад и заполучил поцелуй, который был мне несказанно нужен, поцелуй, который я должен был дать ей, прежде чем сказать то, что должен был сказать. Это не был глубокий поцелуй, это был поцелуй, говоривший о привязанности, любви и тоске. Мои губы прижались к ее губам и будто скрепили обещание.

– Мы ничего не можем сделать, чтобы изменить то, что произошло, – сказал я, любуясь ее лицом, рассматривая каждый сантиметр кожи. – Я правда хочу верить, что ярость внутри меня исчезнет. Надеюсь, что так и будет, Ноа, когда-нибудь, но сейчас это кажется невозможным.

Она внимательно вслушивалась в мои слова.

– Ты никогда не простишь меня за то, что я сделала, да? – спросила она дрожащим голосом.

– Из всего, что ты могла сделать… измена была единственным, что могло положить конец нашим отношениям.

До сих пор, после стольких лет, одна только мысль об этом причиняла мне невыносимую боль.

– Я знаю… – согласилась она, вытирая щеку пальцами.

Мы погрузились в странную тишину, которая не была неловкой, но казалась прелюдией к важному решению. Было что-то, в чем я нуждался. Что-то, что давно было в моей голове и что я не мог забыть.

– Ноа… то, что случилось в доме отца…

Ноа быстро прервала меня.

– Извини, я знаю, тебе не нужно об этом говорить.

– Я не жалею об этом, наоборот, думаю, что это был хороший способ закончить, не так ли? Я хотел поговорить с тобой и спросить, все ли у тебя в порядке, но ты пропала и не отвечала на мои звонки… В конце концов, я понял, что так даже лучше.

Свет из окна отражался в ее глазах, когда она смотрела на меня. Я хотел бы видеть в них что-то другое, не ту боль, которая казалась такой же глубокой, как моя. Как мы могли так страдать, будучи вместе и в то же время врозь?

– Я уезжаю сегодня днем… и не знаю, когда вернусь. Можешь быть уверена, что я больше никогда не прикоснусь к тебе, Ноа.

Ноа сделала глубокий вдох, словно пытаясь набрать воздуха в легкие, чтобы убежать от того, что ясно читалось в ее глазах.