Наша вина

Возвращаться через год было тяжело: проклятые воспоминания поджидали в каждом уголке, в каждом закуточке, в каждой комнате.

В тот день увидеть ее с Саймоном было все равно, что ножом ударить мне в сердце. Черт бы побрал Саймона Роджера, как же мне хотелось разбить ему морду! Я хотел выбить ему все зубы, когда увидел, как он целует ее шею, ее кожу… ее губы.

Потом я прижал ее к стене, забыл обо всем, что было, и тогда мы были готовы все забыть и двигаться дальше. Желание заключить ее в объятия всегда было чем-то магнетическим, чистым влечением, которому я не мог сопротивляться. Однако внезапно что-то ударило меня, как шаровая молния: я осознал, что между нами возникла невидимая завеса, которую я раньше не замечал.

Что это было? Время? Мы уже успели переделать и переосмыслить наши жизни? Любовь начала застывать в памяти?

В тот момент я почувствовал страх, понял, что наше расставание было чем-то свершившимся, осязаемым и гораздо более реальным, чем я мог представить.

Я вошел в лифт, думая о ней, лежащей на подушке, ее волосах на белых простынях, о письме, которое увидел на ее ночном столике, которое она всегда хранила под рукой…

Верил ли я себе, когда сказал ей, что слова потеряли смысл?

Да, разумеется… как бы я ни терял самоконтроль, когда она была рядом, как бы ни хотел ее, как бы ни хотел вернуться туда, где мы были вместе, правда в том, что она изменила мне с другим.

Открыв дверь, я заметил, что свет включен. София сидела на диване, глядя в экран выключенного телевизора с бокалом вина в руках. Я снял пиджак и бросил его на диван. Она посмотрела на меня, и я увидел в ее взгляде то, что мне не понравилось.

– Ты был с ней?

Не было смысла лгать, конечно, я был с ней, не нужно быть очень умным, чтобы прийти к такому выводу.

– Да, я отвез ее домой, ей стало плохо, – ответил я, поворачиваясь к ней спиной и наливая себе выпить.

– Она была не одна, Николас. Саймон мог позаботиться о ней…

Думая о Саймоне, как о том, с кем была Ноа, я сходил с ума.

– Ты действительно спрашиваешь меня об этом, София? Ты же знаешь, я не люблю ни перед кем отчитываться, – сказал я, с глухим стуком ставя бутылку."

"София поднялась с дивана и уверенным шагом направилась ко мне.

– Наша игра больше не игра, и если мы продолжаем, то придется принимать меня во внимание, Николас. Так что да, я спрашиваю тебя об этом. Раньше мне было все равно, что ты делал или не делал, наши отношения были ясными, но прошло время, и они изменились. Я бы хотела, чтобы ты держал свое слово.

Я внимательно посмотрел в ее черные глаза и увидел гораздо больше, чем она собиралась показать.

Я сделал шаг вперед, взял ее за подбородок и пристально посмотрел на нее.