Моя вина

Я не хотел напугать тебя или заставить чувствовать себя неловко.

Я почувствовала, что начинаю таять.

– Ты давал мне возможность остановить тебя, Ник, но я этого не сделала, – ответила я нервно.

Его рука нежно гладила мое запястье.

– Я сделаю для тебя все что угодно, Ноа, и ты это знаешь… но мы ничего не будем делать, пока страх, с которым ты смотришь на меня, не исчезнет из твоих глаз.

После этого он вышел из машины, и мне понадобилось время, чтобы биение моего сердца вернулось к нормальному ритму.

На следующий день Дженна заехала за мной около 15:00, чтобы пойти прогуляться по магазинам. По ее словам, поездка на Багамы давала нам прекрасный повод полностью обновить гардероб. Моя мама, которая не могла нарадоваться, что Николас пригласил и меня, дала мне свою кредитную карту и умоляла купить хоть что-нибудь. Странно было видеть ее такой счастливой только лишь потому, что мы с ее пасынком поладили, тем более, что с ее точки зрения вся эта затея с моим приглашением в первую очередь была актом братских чувств. Я даже представить себе не могла, как изменилось бы выражение лиц мамы и Уилла, если бы они узнали, чем мы занимались последние несколько недель.

Я продолжала размышлять, стоит ли мне все-таки ехать с Ником на Багамы, пока Дженна дефилировала по примерочной в тысячном эксклюзивном наряде. Она была такой стройной и худой… Я завидовала ее оливковой коже, которая так отлично смотрелась в любой одежде. Я пока не решилась ничего купить, да и не очень меня это интересовало, учитывая, что дома и так было слишком много еще не ношеной одежды.

Когда Дженна снова направилась в примерочную, зазвонил мой мобильник.

– Слушаю вас… – сказала я, но ответа не последовало. Я посмотрела на экран – номер был скрыт.

– Слушаю вас, – повторила я громче.

Я слышала в трубке дыхание, и по моему телу прошел неприятный холодок. Я отключила телефон в тот момент, когда Дженна вышла из примерочной.

– Кто это был? – спросила она.

– Не знаю, скрытый номер, – ответила я, забирая свою сумку и направляясь к выходу.

– Мне однажды тоже позвонили со скрытого номера, и оказалось, что это какой-то псих, который был просто одержим мною, – сказала она. – Он звонил мне беспрестанно, мне приходилось менять номера. Лион был в бешенстве.

Какая глупость. Кто захочет меня доставать таким способом? Потом я, правда, вспомнила, что Ронни, по словам Ника, угрожал мне, но я не придала этому значения.

Десять минут спустя мы обе сидели за столиком на террасе «Старбакс». Я пощипывала черничный кекс, а она пила клубничный фраппучино.

– Могу я спросить тебя кое о чем? – спросила она после долгого молчания.

– Конечно.

– У тебя есть чувства к Нику?

О, боже мой! Я не ожидала такого вопроса.