Моя вина

– Именинный торт мистера Лейстера, – сказала она с радостью.

Я обернулась к Уиллу.

– Поздравляю! Я не знала, что у тебя день рождения, – сказала я с извиняющейся улыбкой.

Он повернулся ко мне.

– Это не мой день рождения, это день рождения Ника, – сказал он со смехом.

День рождения Николаса… Не знаю почему, но я расстроилась, что не знала об этом раньше.

– Он вышел в сад, пойди поздравь его, – сказала мама, – вчера он подрался с каким-то ублюдком, который хотел его ограбить, так что не пугайся, когда увидишь его лицо.

Я кивнула в ответ, подивившись высоким способностям Ника ко вранью, и вышла в сад. Он лежал, закрыв глаза солнечными очками, в тени на шезлонге. На нем были футболка и плавки, и, кажется, он дремал. Видимо он, как и я, плохо спал этой ночью.

Я подкралась к нему.

– С днем рождения! – закричала я со всей силы и засмеялась, увидев, как он подпрыгнул от неожиданности.

– Черт! – воскликнул он, сняв очки и открыв свой зелено-фиолетово-голубой глаз.

Он взглянул на меня, сердитый и недовольный.

– Находишь это забавным? – спросил он меня, отложив в сторону солнечные очки и встав.

Я отступила назад.

– Мне очень жаль, – извинилась я, подняв обе руки, но не смогла удержаться и расхохоталась снова, вспомнив, как Николас подпрыгнул от испуга.

– Сейчас тебе действительно будет жаль, – сказал он и направился в мою сторону.

Я побежала, но это было бесполезно. Секундой позже он уже крепко схватил меня и взвалил себе на плечо. Его лицо немного исказилось от боли.

– Нет, Ник, пожалуйста! – орала я, изо всех пытаясь освободиться.

Но он проигнорировал мои мольбы и прыгнул вместе со мной в бассейн. Я вырвалась только, когда мы оказались в воде, нагретой жарким летним солнцем. Теперь смеялся Ник. Мое белое платье прилипло к телу, хорошо, что под ним было черное белье.

Ник тряхнул волосами жестом Джастина Бибера и подплыл ко мне. Секундой позже я уже оказалась загнанной в угол бассейна.

– Ну, вот сейчас ты можешь извиниться за то, что чуть не довела меня до сердечного приступа в день моего двадцатидвухлетия, – потребовал он, подойдя так близко, что наши тела оказались на расстоянии нескольких сантиметров друг от друга.

Я попыталась оттолкнуть его, но безуспешно.

– Даже и не мечтай, – ответила я, получая удовольствие от завязавшейся игры.

Он смотрел на меня, склонив голову набок, и вдруг я почувствовала его руки на талии.

– Что ты делаешь? – спросила я, когда он прижал меня так близко к себе, что моя грудь касалась его.

– Скажи, что тебе жаль, – сказал он хриплым голосом На его лице отразилось желание. Во мне боролись жажда удовольствия и страх: нас могли увидеть.

Я покачала головой, и его руки переместились на мои бедра.