Победить Викторию

— Вика, ужинать! — Папа зовет на кухню, хотя знает, что так поздно я редко ем, особенно если незадолго до этого занималась. Наверняка приготовил что-то такое, от чего сложно оказаться.

На тарелке поджаренные тосты с индейкой, а рядом блюдце с горчицей. И чай.

— Ты, как обычно, знаешь, чем меня покормить. Спасибо.

— Кушай. Ты успокоилась? Судя по тому, как на голове стояла, когда я пришел, видимо, уже не так тебя… бомбит, да? Я правильно употребил слово?

— Правильно! — Улыбаюсь папе и думаю о том, что и правда немного успокоилась. Все нужно выяснить сразу, даже если покажусь ему параноиком. Плевать. Пока все не зашло слишком далеко.

— Ты ведь знаком с отцом Саши, верно? Еще Костиком его назвал, когда мы с Морозовым приехали тебя встречать. Расскажи про него.

— Ты лучше ешь, Вик. И что ты хочешь узнать?

— Все! Если… Пап, мы не говорили об этом раньше, я не спрашивала. Тебе больно, наверное, даже думать о нем…

— Нормально все, ты за меня не переживай. Мы не сказать чтобы с ним дружили, — говорит с ухмылкой папа. — Он с твоей мамой учился в одной группе, ухаживал за ней с первого курса, но она на него даже не смотрела. И я тоже его не воспринимал серьезно, если честно. Саша на него внешне очень похож — такой же высокий и здоровый. Потом на тетю Катю переключился, помнишь мамину подругу? Она с этим Костиком встречалась.

Папа садится рядом, ест свой бутерброд, с удовольствием жмурится от еды, и я понимаю, что эти воспоминания не доставляют ему боли.

— А вы с мамой тогда встречались?

— Мы с твоей мамой перед тем, как поженились, три раза расходились, а потом снова сходились. Так что — да. На тот момент, когда она познакомилась с Костей, мы с ней были вместе.

— А почему ты не воспринимал его серьезно?

— Потому что это твоя мама всегда выбирала, с кем ей вместе быть, Вика. — Папа внезапно посерьезнел. — Она не из тех, кого можно завоевать, выбор всегда делает сама. А ты?

Я застыла с кружкой в руках. А я? Никогда, похоже, не смогу привыкнуть к этой папиной манере: вот вроде идет спокойный, расслабленный разговор, а потом он вдруг выдает вопрос, от которого на голову с ног встаешь.

— Что я? Выбираю ли я или меня выбирают? Раньше бы сказала, что я всегда выбираю.

— А теперь не уверена, да?

— Да. Пап, мы про Константина этого говорим, вообще-то.

— Он вобрал в себя все то, что никогда не нравилось твоей маме. Здоровый лось, который напролом всегда лез, но с твоей мамой зубы обломал.

— И все-таки они стали встречаться, да?

— Да, на третьем курсе или на четвертом. Мы тогда с ней в очередной раз разругались, и я уехал на стажировку на полгода. Она и закрутила роман с Костиком.

— Надолго?

— Вик, меня не было с ними в это время. Когда я вернулся со стажировки, они уже расстались. Она его бросила.

— И?..