Победить Викторию

Ты только не думай… Слушай, я по-другому планировал этот вечер. Сначала Большой, потом на Красную площадь. Если там не понравится, то в «Живаго» отогреваться, у меня там тоже все заказано. Но телефон сдох, мне просто надо заехать домой, взять другую трубку. А потом куда захочешь поедем. Тут же ехать десять минут.

Светофор, видимо, давно уже зажегся зеленым светом, нам сзади гудят, но Морозов не двигается с места. На меня смотрит.

— Вик?

— Поехали! — соглашаюсь я, хотя еще минуту назад, узнав, куда мы едем, хотела просто открыть дверь и уйти.

— Ты только не сбегай от меня, — неожиданно говорит Морозов, словно опять каким-то образом подслушав мои мысли. — Пьяный бабский бред, и больше ничего. Я забыл, что Изосимова тоже здесь гуляет. Мы с ней… не очень хорошо расстались. Как выяснилось.

— Я это уже поняла. — Смотрю в окно, но мало что вижу, кроме проносящихся мимо новогодних огней. — И это всё? Да, Саш? Просто пьяный бабский бред?

— Хочешь знать, спал ли я с ними со всеми? Спал. Но давно. Я как за тобой сюда приехал — вообще как евнух. Или как монах.

— Это как бы разные… эмм… состояния. Монах и евнух. — Хочется одновременно и по голове Морозову настучать, и обнять его. Почему так?

— Да неважно. Мы вроде утром все обсудили. — Саша уже подъезжает к дому. — Ты только со мной. А я с тобой. И больше никого.

В его тоне слышатся злость и решительность. Похоже, он эту тему хочет закрыть. Типа, и что такого: ну спал он с этими размалеванными кошелками, и явно не только с ними. Можно было самой догадаться, что через него целый табун длинноногий прошел. Ну и мелкая Дятлова, конечно. Глупо, конечно, но внутри муторно и тошно от того, что он ни в чем себе особо не отказывает. Когда перед глазами эти пьяные девки, в «и больше никого» не верится, ну ни разу!

— Что она несла про «социальную ответственность»? Тоже бред? Не думаю. И зачем ты ее в сторону отвел?

Мы сидим в припаркованной машине, Морозов выходить не торопится.

— В сторону отвел, чтобы мозг прочистить… или что там у нее вместо извилин. Понял, что тебе неприятно ее слушать. Хотя ты вроде игнорировала всегда слухи о себе. Ну… мне так говорили.

Чего?! Кто говорил? Он тоже понял, что ляпнул лишнее, вон глаза сразу в сторону отвел.

— Дятлова? Стучала на меня? Давно?

Я спокойна, будто спрашиваю его о чем-то обыденном, а в голове пазл складывается. Когда он начал с Леной встречаться? Осенью? Точно после нашего с ним знакомства. Дятлова как павлин ходила несколько недель.

— Не то чтобы стучала, — начинает объяснять Морозов, к которому явно вернулась осторожность, — просто, когда выяснилось, что вы знакомы и учитесь в одной группе…

— Она подставила меня, об этом твоя подружка рассказывала? — У него лицо вытягивается от удивления.