Виктория – значит Победа. Серебряной горы хозяйка

И ещё отходит в сторону, как будто через то зеркало можно увидеть, что тут у нас творится.

А баронесса только подливает масла в огонь — она машет руками, и, наверное, уже просто орёт, и добавляет к нашему хаосу ещё десяток жаб разного размера. А потом до неё что-то доходит, рот её захлопывается — я прямо услышала, как лязгнули зубы, и наконец-то становится тихо.

Громко выдохнул за моей спиной господин Фабиан, Тереза, оказывается, забралась на стул с ногами, а в другую дверь, через которую носят блюда на стол, боязливо заглядывают слуги.

Баронесса без слов упала на свой стул обратно, а я ощутила, что ноги мои мелко трясутся и совсем меня не держат. Шагнула вперёд, схватилась за спинку стула, но меня всё равно трясло, и реальность сначала пошла какими-то цветными пятнами, а потом вовсе прекратилась.

…Я пришла в себя и не понимала ничего. Кто я, где я, кто вокруг меня, почему они суетятся, кто командует. И на чём таком я лежу. На коротком, ноги не помещаются. Пытаюсь пошевелиться.

— Смотрите, смотрите! Пришла в себя!

Я знаю этот голос, что это за девушка? Тереза. Кто такая Тереза? Не припомню среди знакомых ни одной Терезы.

— Госпожа Викторьенн, вы слышите меня?

Так, я знаю человека, который зовёт меня. Кажется, он врач.

Эта странная интерпретация моего имени как рычажок какой опускает, и я вспоминаю. Тьфу ты, я же теперь попаданка. Попаданка классическая, как из книжки. И со мной тут случаются разные странности.

Последняя странность, всё же, слабо укладывалась даже в мою подготовленную фэнтезийной литературой голову. Потому что, ну, я помню сказку о двух сёстрах, одна из которых с каждым словом выдавала наружу разных гадов, а вторая — цветы и драгоценности. Но мне бы и в голову не пришло, что я смогу эту сказку отчасти воплотить.

Я шевелю головой и понимаю, что меня уложили тут же, в столовой, где и разыгралась сцена, на стоящую у стены банкетку. Она короткая, ноги не поместились, хоть Викторьенн и не могла похвастаться высоким ростом. Рядом со мной на стуле сидит пожилой мужчина и смотрит на меня с добродушной улыбкой, и я его знаю, этого мужчину, кто же это?

Тьфу ты, это господин граф Ренар, нас познакомили вчера. И он много наговорил мне о моей якобы магии. И что, вот эти жабы и есть моя магия? Я великий творец жаб? Да ну, что бы полезное дали, что ли.

— Я вас предупреждал, госпожа де ла Шуэтт, — говорит граф. — И хорошо ещё, что вы ничего тут не сожгли и не сломали, а как я понимаю — могли бы.

— Так это правда, и Викторьенн — маг? — спрашивает Тереза.

Она стоит рядом и с восхищением смотрит на меня.

— Да, милая дама, Викторьенн — маг. Потенциально сильный маг. И ей необходимо учиться держать свой дар под контролем, иначе — сами видели.

— У нас будет полный дом жаб? — хихикает Тереза.