Виктория – значит Победа. Серебряной горы хозяйка

Откуда она полезет, скажите, к чему я должна быть готовой?

— К тому, что не сможете совладать со своим телом. А ваше тело — проводник магической силы в мир, если оно уже ощутило нужные колебания сфер и услыхало звучание нужных струн — этот процесс не остановить. Что вы знаете о магии? — и смотрит строго, как преподаватель.

Хорошо, я села поудобнее и начала.

— Магия это… что-то сверхъестественное. Особые способности. Тот, кто владеет ими, может больше, чем обычный человек. Ну там платье погладить руками, волосы высушить. И наверное, что-то ещё, чего я пока не видела. Наверное, такому человеку повезло, и он должен со вниманием отнестись к ситуации, чтобы не растратить то везение попусту?

Граф Ренар вздохнул.

— Изумительное сочетание глупостей, бытующих в среде простецов, с некоторыми упорядоченными представлениями и сущем. Понимаете, госпожа де ла Шуэтт, высушить волосы — это малость, доступная даже тем магам, кому достались крохи силы. Настоящая магия — она вовсе о другом.

— О чём же? — живо отреагировала я.

— Магическая сила есть сила природы, она существует в мире изначально, и есть небольшое количество людей, кому господом была дарована способность ощущать и преобразовывать эту силу. Величина и глубина этой способности — своя собственная у каждого одарённого человека, и даже если оба родителя маги в нескольких поколениях, никто не сможет поручиться, что дети родятся магами. Что вы помните о родителях, госпожа де ла Шуэтт? Кто из них был магом?

— Почти ничего, — качаю головой.

Я знаю о родителях Викторьенн только то, что услышала от Терезы — они были уже в годах, вероятно Викторьенн — поздний ребёнок, и как только ей исполнилось шесть, беднягу отдали воспитываться в монастырь святой Урсулы, где она и прожила до шестнадцати. И к тому моменту их обоих уже не было в живых. Викторьенн, как единственный ребёнок, унаследовала небольшое владение — надо почитать бумаги, что там, а после и съездить, глянуть своими глазами.

Я излагаю известные мне факты графу, он слушает внимательно, кивает.

— И конечно, ребёнку в шесть лет никто не рассказывает о магических силах, особенно, если они никак себя к тому моменту не проявили, — говорит он. — И монастырь тоже не тот, где рассказали бы о магии.

— А что, могут проявиться и в шесть лет? И нет, в монастыре магов не было, — качаю головой.

Если бы были, Тереза бы рассказала, наверное?

— Могут и с рождения, — говорит граф. — И если не проявились к шести годам, надо думать, ваши родители сочли, что уже и не проявят себя никак.