Виктор Глухов

Я изучил базу «медицина», меня не мучила Уммара, и Овор принял меня за настоящего Ирридара.

Я надел свою сумку и зашел за Овором. Дядька уже встал и приводил в себя в порядок. С его лица не слезала глуповатая улыбка, а сам он напевал вчерашнюю «кралю».

Я чуть было не заржал, как лигирийский конь, так как понял, что мадам Уммара открыла нашему Овору все свои недюжинные таланты. Овор посмотрел на меня, оглядел мою сумку и выразил свое мнение:

— Это не кошелка, — я даже обиделся. — Это кошелек.

— И много денег там? — добриваясь, спросил он.

— Нет, — ответил я. — Не очень.

Старый пень сразу ухватил суть:

— Так немного или не очень много? — посмотрел он на меня.

— Для кого-то много, для кого-то нет, — равнодушно ответил я. — И давай собирайся живее, мы уезжаем.

— Что, договорился с караваном? — поинтересовался он.

— Нет, лошадей достал. Я вниз, закажу завтрак, — постарался я побыстрее уйти от разговора о деньгах.

В общем зале была предотъездная суета. Кто-то ел, кто-то сновал туда-сюда, решая последние дела. Подавальщицы сбивались с ног.

— Мой господин! — услышал я очень знакомый голос за спиной.

Почему-то Шиза не показывала Уммару как опасность. Но я-то считал по-другому.

— Стол для ВАС накрыт, — продолжала она мурлыкать.

Ее счастливое лицо сияло как светило или даже ярче. Синяка как не бывало. Я затравленно огляделся. Отступать было некуда: слева стол, справа стол, а позади Уммара.

— Ну веди, — тяжело вздохнул я и поплелся следом за ней. Когда мы проходили мимо маленького мужичонки, стоящего за стойкой, я услышал злой шепот:

— Сучка, никого не пропускает! — Как оказалось, это был муж Уммары — Рух, хозяин постоялого двора.

Уммара, гордо вскинув голову, не обращая внимания ни на что, продефилировала в малый зал, я невольно залюбовался ее походкой, но быстро опомнился и прошел следом за ней.

Там был накрыт ну просто роскошный стол с дорогой серебряной посудой, с цветами.

Я величественно прошел к столу под взглядами знакомых рож. Ну а как без них? Чмокнул Уммару в щечку и сказал:

— Уммара, ты сегодня неотразима.

— Благодаря вам, милорд, — с улыбкой до ушей, закатив глаза, проворковала прелестница и вышла.

Что, съели? Я взглядом победителя посмотрел на застывшие лица вчерашних моих линчевателей.

— Мам, а можно я ей тоже в глаз дам? — спросил толстый паренек, с восхищением смотрящий на меня.

— Нет, — ответил за него отец и отвесил недорослю подзатыльник. — Если бы ваша мать не говорила чепухи, то тебе не пришла бы эта глупая мысль в голову.

«Хоть один нормальный мужик здесь оказался», — подумал я о нем.