Виктор Глухов

 — Где Цинея, у меня к ней есть разговор.

Идриш приосанился, он понял, что не пролетел мимо своего счастья в виде управляющего трактиром.

— Она наверху. Там в боковом коридоре три комнаты, мы заняли одну, — живо ответил он.

— Пошли посмотрим верх. — Я еще раз хлопнул идриша по спине и направился к лестнице.

Нам быстро уступали дорогу.

— Как, Изъякиль, после ростовщичества не трудно осваивать новую профессию? — спросил я, при этом вовсе не собираясь чем-то обидеть или задеть старика. Впрочем, может, он и не был стариком, а это жизнь его так потрепала.

— А я не был ростовщиком, ваша милость, наш род был поставщиком вин герцогам Силье. Мы этим занимались больше трехсот лет.

— Вот как?! — удивился я. — А что, не все идриши были ростовщиками?

— Нет, ваша милость, всего их было двадцать домов, и они в свое дело никого не пускали. Ссориться с ними было опасно, они обладали и связями, и деньгами.

— Так ваш народ пострадал из-за них? — занимал я себя разговорами, пока мы поднимались по лестнице.

— Самым богатым был дом Рошальдов, вот он взялся диктовать условия императору. Да, — вздохнул он, — а пострадали все.

— Надо же, условия императору! Обнаглел совсем! — удивился я.

В это время мы прошли гостевые номера, повернули направо и спустились по невысокой лесенке из пяти ступенек в уютный коридор. В нем было три двери.

— Одна комната для вас, милорд, одна свободная, и одну заняли мы.

— Ладно, Изя, идите к Мии, обсудите перестройку трактира, я заранее утвердил все ее планы. Я тут как-нибудь сам разберусь.

Мне пришлось отправить удивленного Изъякиля, потому что в первой комнате я увидел знакомую метку на сканере. Дождавшись, когда он скроется за поворотом, вошел в комнату, которую идриш выделил для меня.

Ну конечно, в кресле сидел довольный Марк и скалился.

— Привет, Чарый, — поздоровался я и присел в кресло рядом с ним. — По делу или в гости?

— И по делу, и в гости, — ответил Уж и сразу стал серьезным. — Я проверил трактир и нашел подземный ход, хорошо спрятанный, поэтому, проследив за тобой от академии, милорд, пришел сюда.

— А если бы я не поднялся, ты что, до конца дней бы здесь сидел? — улыбнулся я.

— Нет, ваша милость, я знал, что Изя потащит вас смотреть вашу комнату, поэтому опередил вас.

— Хорошо, убедил. А что за ход, куда ведет?

— Не знаю, без тебя, милорд, туда я не полез, — ответил Уж.

— Ну, пойдем смотреть, — я поднялся из кресла, — показывай дорогу.

Из этого коридора вниз спускалась отдельная лестница и выходила прямо в подсобку, оттуда мы попали в подвал. Он был большой, каменный, основательный, заставленный бочками и ящиками. Уж подошел к одной из самых больших бочек, лежащих на боку, легко сдвинул ее в сторону вместе с подставкой.