Виконт. Книга 2. Обретение силы (СИ)

— А ты не строй ему глазки на балу и демонстративно потискай какую-нибудь даму, чтобы явно обозначить свою старомодную ориентацию. Только там на дуэль не нарвись. Или нарвись, но ненароком не прирежь фаворита королевской семьи.

— Мальчики, ничего, что я здесь? — задала вопрос Иль.

— Учись, сестренка. Это столица. Тебе пригодится, — хохотнул Арий и вскочил в стремя. — Поехали!

Я в расстроенных чувствах взобрался в седло. Чувствую, на этом гомик-шоу, по недоразумению именовавшимся королевским приемом, я буду лишним.

Вообще, конечно, прошедшая неделя была не просто насыщенной, а сверх меры. Выматывался я настолько, что время летело не просто стрелой, а гиперзвуковой боеголовкой.

С утра и до полудня — тренировки с Осием. Беру назад свои слова, местные хорошо умели пользоваться холодным оружием. И не фехтованием, как таковым, а именно жестким кровавым боем до смерти, с кучей подлых приемчиков и ударов. Ну в схватке все средства хороши, это не спорт. Так когда-то тренировали и нас. Противник стоит — противник лежит. А как ты это сделаешь, неважно. И противника положено обязательно добивать, тут победа не по очкам. Так что я с удовольствием обновлял старые навыки и приобретал новые, быстро прогрессируя к огромному изумлению Осия. Ну правильно, он же не знал, что брат кое-что умеет и неплохо. Только теперь под чутким взглядом Друга. Собаку в казармах приняли неплохо, обошлось без стандартных «уси-пуси собачка!» — все-таки люди военные. Раз лейтенант приказал — значит, так тому и быть. Собака и собака. Так что Друг занял свое законное место, даже в местной столовке ему накладывали полную гвардейскую порцию, чему пес был очень рад.

Ну а дома — стандартные занятия. Погулять с Другом, прослушать очередную лекцию Фили о правилах этикета, завалиться на кровать с книжкой, а после, перед сном, опять провести время с Фили, только уже не за изучением правил. С ней как-то начало более или менее налаживаться, я начал понемногу оттаивать. Это у меня черта такая — отхожу я долго и ничего не забываю, но потом все равно прощаю.

Больше всех бухтел Лорий — не понравилась ему обновка, он ее обозвал «рубашкой из скорбного дома». Оружейник постарался на славу — если теперь не брать его в руки, можно было принять за обычный церемониальник, даже в магическом зрении он почти не фонил, особенно уходя в «ждущий режим», как он выразился. Откуда он такой терминологии набрался — да кто его знает, хотя подозрения были. Все та книга о похождениях Ярсгара."

"По мере ее чтения у меня челюсть отвисала все больше и больше. Хотя писал ее явно не он, но читать между строк было можно. Особенно тщательно выписанные другими по цвету чернилами непонятные местным слова.