Викинг

Меня с моими спортивными результатами и приличным аттестатом взяли бы в любой вуз, не только спортивный… Я мог бы, в конце концов, просто уехать из страны ну, скажем, в ту же Швецию, где друзья предлагали мне работу. В Швеции, кстати, тоже есть обязательная воинская служба, и никто от нее не бегает. Совсем наоборот.

Но я пошел служить в российскую армию. По собственной воле. Я ведь с пяти лет учился быть воином, и мне ужасно хотелось повоевать по-настоящему. Скажете, дурак? Не буду спорить. Но я же не знал, что такое наша армия. То есть не то чтобы совсем не знал… Скорее, не хотел знать. Был уверен, что с моими данными (целая связка медалей за фехтование, КМС по пулевой стрельбе минимум по трем нормативам, разряд по стрельбе из лука) меня сразу возьмут в самый элитный спецназ.

Мне повезло. В спецназ меня не взяли. Но и куда-нибудь в тундру вместе с десятью дагестанцами (как моего дружка по двору) не отправили. Дружок, кстати, вернулся инвалидом второй группы. Будь я на его месте, инвалидов было бы намного больше, а сам я оказался бы в штрафбате. Или – в земле. Возникает вопрос: какой величины должен быть долг, чтобы славный паренек из Питера на полгода стал рабом совершенно чужих и чуждых ему людей, а в итоге – калекой?

Отслужил и сразу из «большого спорта» ушел. Совсем. Видимо, повзрослел. Настолько, что расхотел быть олимпийским чемпионом. Нет, не подумайте, что я не люблю свою Родину. Я ее даже люблю. Особенно здесь. Скучаю по ней. По Питеру, по друзьям моим, по родителям… По всем, кто меня учил и кого учил я. По девушкам, которых любил, по дому своему (а уж по коллекции оружия как скучаю!), по «субарочке» моей стремительной… Да что там – даже по питерскому выговору скучаю… А вот по звездам кремлевским, по генеральским рожам, по чиновникам толсторылым… Да хоть бы они сдохли все разом, я бы за них и свечки не поставил… Кстати, о храмах наших… тоже скучаю, хоть никогда особо православным не был… В Бога верю, конечно, как же в Него не верить? Но храм – это другое. Тут не столько вера, сколько чувство такое особое… Словами не передать.

За все это я бы не просто убивал – глотки грыз. Но до глоток толстомордых ворюг, спрятанных под тройными подбородками и министерскими стенами, добираться бессмысленно. Все равно что глистов из собачьего дерьма выбирать и давить поштучно. Так что пришлось притерпеться. Одно утешало: не я им деньги платил, а они мне.

Словом, если вдуматься, то девки эти, которых наши в местные бордели продали, устроены ничуть не хуже, чем те, которые пузатых генералов ублажают. А может, даже и лучше, потому что хоть мои друзья-викинги – ребята и грубые, зато простые и без гнусных извращений.