Викинг

Посередине — кочки и колдобины. Грязь, естественно. Зато направление хорошее: на северо-восток. Как раз туда, куда нам и надо.

Ночная Тень вел уверенно. Этой дорогой он и пришел. Один. Хотя из Рагнарова лагеря близ Руана они отправились вдвоем. Спутнику Ночной Тени не повезло. Разбойнички.

Совсем здешние плохие парни страх потеряли. Тоже понятно. В стране — смута, каждый вшивый барончик норовит с путника подорожную взять. Частенько — вместе с жизнью. На крестьян господину — с высокой башни. Собрать налог (то есть ободрать как липку), реализовать право первой ночи с малолеткой посимпатичнее — и на локальную войнушку: драться с другим бароном или за жалование — с тем, на кого укажет сюзерен. А, бывает, и простых землепашцев барон с собой прихватит — как ополчение. Пика в руки, топор дровосека на пояс, куртень из бычьей кожи — на тушку — и в бой. Мясо на ножках. Вот только это «мясо», повоевав, начисто теряет склонность к пахоте на дядю…

Напарника Хаварда прирезали ночью. В избушке смолокура, которую самоуверенные викинги сочли безопасным местом. Напарник сам виноват: злоупотребил хозяйским винишком. Выдул весь запас. Хавард тоже выдул пару кувшинов, но проснулся вовремя. От хруста прорубленных ребер напарника.

На этом удача смолокура и его семейства иссякла.

Путешествовать в одиночку Ночной Тени было немного напряженно. Зато теперь, с нами, старина Хавард расслабился и разговорился. Тем более, мы с Медвежонком — люди ему не чужие. Хавард — с Сёлунда. Там у его батюшки поместье нехилое в трех днях пути от фьюлька Свартхёвди.

Рассказывал в основном о Рагнаре и его успехах. Успехи были примерно как у нас. Разграбленные города, выпотрошенные аббатства. Никакого сопротивления, если не считать мелких стычек. Король Франции копил армию и по непроверенным данным готовился дать бой. Неделю назад войско Рагнара стояло под Руаном. Вожди терли с местной верхушкой насчет выкупа. Но времени не теряли: грабили округу. Примерно как мы — под Туром.

Ехавший впереди (по праву и обязанности предводителя) Тьёрви придержал коня и поднял руку, изобразив знаком: слушать!

Ночная Тень немедленно заткнулся. Полная тишина. Только чья-то лошадь фыркнула да мой падре тихонько посапывал простуженным носом.

Лично я ничего не услышал, кроме обычных ночных звуков. Но я — не показатель. Вот Свартхёвди точно что-то засек. Беззвучно стек с лошади и оказался возле Тьёрви. Тот тоже спешился. Две тени почти касались головами… Я с лошадки слезать не стал. Надо — скажут.

Медвежонок повернулся и поманил меня. В темноте его жест был почти неразличим, я его скорее угадал, чем увидел.

Я спешился. Ночная Тень — тоже.

— Что? — шепотом поинтересовался я у названного брата.

— Дерутся, — последовал ответ.

— Поглядим, — шепнул Тьёрви.