Вихри враждебные

Если там действительно найдутся кимберлитовые трубки, то это будет открытие, которое всколыхнет весь мир. Только вот места, указанные на вашей карте, действительно весьма и весьма труднодоступны…

– Алмазы – это только половина дела, – произнес император, – хотя и самая первоочередная и неотложная его часть. Второй вашей задачей будет разведка и проектирование железнодорожной трассы, способной связать город Якутск с Транссибирской магистралью. Без железной дороги мы будем в тех краях не хозяевами, а лишь гостями. В настоящее время железная дорога в Восточной Сибири доходит только до станции Сретенск. До поселка Сковородино, насколько я понимаю, все проектно-изыскательские работы по будущей ветке Транссибирской магистрали уже произведены. От Сковородино дорога должна повернуть на север и пройти через Тынду, Нерюнгри, Куранах и далее до Якутска. Общая протяженность трассы составит не менее тысячи шестисот верст.

– Простите, ваше величество, – недоуменно спросил Обручев, – а почему именно так, а не иначе?

– Видите ли, Владимир Афанасьевич, – ответил император, – в районе Нерюнгри имеются мощнейшие угольные месторождения, причем лежащие почти у самой поверхности, что делает возможным разработку их простейшим карьерным способом. Как вы понимаете, уголь – это хлеб для нашей промышленности и транспорта. Разработка этого месторождения резко подстегнет развитие всей индустрии Восточной Сибири. Там же рядом, словно нарочно, имеется и месторождение железных руд. Что же касается Куранаха, то в том районе тоже имеются коренные месторождения, только не алмазные, а золотые. Золото для нашей империи также будет совсем не лишним. Так что вы уж постарайтесь…

– Я сделаю все, что в моих силах, ваше величество, – сказал Обручев, – но, по правде говоря, вы меня весьма и весьма заинтриговали. Вы говорите об этих самых месторождениях с такой уверенностью, как будто сами там были и видели их собственными глазами. Но я знаю, что это не так, и сейчас меня терзают смутные сомнения, и есть ощущение, что я прикоснулся к какой-то большой тайне.

– Владимир Афанасьевич, – император пристально посмотрел в глаза профессора, – вы правы, за всеми моими словами кроется огромная тайна. А потому не каждый может быть в нее посвящен. Вы, как я знаю, достойны, чтобы прикоснуться к ней. Только запомните – после этого вы окажетесь навечно связанным обетом молчания, чтобы вольно или невольно не нанести ущерб интересам нашей Отчизны.

С другой стороны, вам откроется много нового, доселе никому не известного. В том числе вы узнаете о научных открытиях, о новых представлениях о геологии и строении нашей планеты. И мы совсем не будем против, если эти знания в научном мире отныне будут связанными с вашим именем.