Тринадцатый VII (СИ)

У меня невольно сжалась челюсть, но на мою удачу распорядитель решил не продолжать разговор, а проводить нас в главный зал выставки.

Помимо множества картин, в которых угадывались очертания Зубастика. Именно очертания, потому что художники без дара видящего добавляли больше своей фантазии. А моих портретов здесь было всего три штуки, и то перерисованных со старой фотографии из глобала.

— Ой, а тут и меня нарисовали с Булочкой, и когда успели! — воскликнула Маша, кивая в конец зала. — Давай посмотрим, а потом к банкетному столу? Я специально ничего не ела.

— Ничего не ела? — я удивился такому подходу.

— Ну да, чтобы больше вкусностей влезло. Слышала, что десерты сегодня поставляют лучшие кондитеры, — хихикнула Маша.

— Тогда и мне надо попробовать.

— Это опасно. Можешь подсесть на сладкое, как на запрещённые вещества, — она продолжала шутить.

— Ты недооцениваешь мою выдержку.

Пока мы шли к указанной картине, то столкнулись с Годуновым и Голицыным, которые вели ожесточённую беседу о цене картины, у которой они стояли. На ней был изображён летающий регат, и оба мужчины хотели её купить. Хотя по мне, здесь абстракции было больше, чем самого регата.

— Впору уже аукцион устраивать, — хмыкнул Годунов.

— Тише вы, не надо подавать идеи распорядителю, — шикнул на него Голицын.

— Уважаемые, а вам-то зачем картина с регатом? — спросил я после короткого приветствия.

— Как зачем? Подобные работы — это отличный показатель статуса. А цены на такие картины начинаются от пятисот тысяч рублей.

Стоящая рядом со мной Маша выпучила глаза.

— То есть, если я тоже начну регатов рисовать, то стану несказанно богата! — осенило её.

— Всё гораздо сложнее, графиня. Ваша работа должна быть представлена на подобной выставке. Если одну купит кто-то из высокопоставленных аристократов, то можете рассчитывать, что и с продажей остальных проблем не возникнет, — учтиво объяснил Голицын.

У Маши загорелись глаза.

— Лёш, ты же купишь мою первую картину? — шёпотом спросила она.

— Я-то куплю, но это работает гораздо сложнее. Тут нужен хороший маркетолог, который и в глобале шумиху наведёт.

— Отлично. Тогда завтра же куплю себе краски!

По тону было слышно, что с этой идеей Машу не остановить. Ну, как говорится, чем бы графиня ни тешилась…

О, а вот и распорядитель снова идёт в нашу сторону. У меня как раз к нему назрел серьёзный вопрос.

— Раз эта выставка в мою честь и на всех картинах мой питомец, разве нам не полагается процент от продаж? — спросил я, подойдя к мужчине.

Он быстро заморгал, словно я первый, кто додумался спросить о деньгах.

— Как правило, нет, — осторожно ответил распорядитель. — За счёт подобных выставок вы повышаете ваш статус в глазах общественности, а мы зарабатываем.

Хитрая схема.