Тринадцатый VII (СИ)

Артефакт показывает то, что было вокруг пластины во время её создания, — с придыханием пояснил Борис Михайлович.

— Значит, регаты не всегда были монстрами.

— Как видишь, дочь. Как видишь…

— Давайте посмотрим с начала. Попробуем перевести речь.

Борис Михайлович начертил на уголке стола пальцем незамысловатый узор, и иллюзия началась с самого начала.

— Это последний раз. Смотрите внимательно, больше энергии не хватит, — предупредил артефактор.

Старый правитель умирал в своей кровати. Картинка была нечёткой, но даже очертаний хватало, чтобы понять происходящее. Обстановка была в восточном стиле, но при этом страну было угадать невозможно.

— Что он говорит? — тихо спросила Марина.

Они слышали шёпот старика, но не могли понять речь на другом языке. Да и скорее всего, этот язык давно уже мёртв.

— Он молится своим богам, чтобы не забирали его душу, — ответил артефактор."

"Умирающий продолжал бормотать, но теперь его речь стала совсем несвязной.

— А теперь он говорит, что согласен принести любую жертву ради бессмертия. Не только себе…

— Но кому? Неужели он в самом деле с богами говорит?

— Нет, дочь, не с богами. Боги отринули его мольбы, если они тогда вообще существовали. А вот кто-то другой из потустороннего мира откликнулся. Но по разговору непонятно кто. Даже из какой мифологии…

— Я не понимаю.

— Души… Он говорит, что будет жить, пока хозяин получает души, — перевёл шёпот Борис Михайлович.

— Но причём здесь пластина и монстры?

— Так вот же она, блестит в тумане, — заметил Михаил.

Серая сущность протянула императору золотую пластину, и символы на ней загорелись белым светом. А затем раздался злобный смех.

— Так, ты сможешь контролировать своих детей. Чтобы они тебя самого не убили, — фраза сущности была сказана на другом языке, но при этом все её поняли. — А больше тебя ничто не убьёт, пока не закончится время, что должна прожить последняя поглощённая тобой душа.

У императора было девять сыновей, и все они находились во дворце. Но в тот момент, когда он заключил сделку, все они обратились монстрами. Невидимыми тварями, ведомыми лишь убийствами.

А их потомки до сих поглощают души, но лишь каждая десятая жизнь поглощённых переходит в жизненные часы императоров.

— Вот и первые регаты, — сказала Марина, и артефакт потух.

— Любая жертва. Он был готов на любую жертву, и с него её взяли, — подметил Михаил.

— Да, но получается, что этот император жив до сих пор? Как-то не верится.

— Меня больше интересует, куда уходят все души, помимо подпитки для императоров.

— Императоров? — уточнил артефактор.

— Да, если вы посмотрите на портреты правителей, то заметите, что он такой отнюдь не один.

— Это объясняет глобальное распространение регатов.

— Но не объясняет другого.