Неудержимый. Книга VII

Клацнув зубами, она резко расправила крылья и атаковала меня двумя передними остроконечными лапами. Да так резво, что я еле успел отскочить, лапы царапнули «защитный покров», выбив из него искры.

Резвая, я ткнул в неё копьём. Опасность может и представляет, но не для меня. Подумав об этом, я взглянул на «радар», который вроде как начал барахлить. Впервые такое, силуэты тварей стали увеличиваться, что ли? Вся местность начала превращаться в один большой энергетический силуэт. Что за чёрт?

Запрыгнув на тушу твари, за которой я находился, я обомлел. Твою мать… сотни мелких тварей вылетали из пробоя. Целый рой! Я создал огненный шар и метнул его в самый эпицентр. Зачем? Даже не знаю, долетев до ближайшей твари, он врезался в неё и опалил крылья. Вот и весь эффект.

— Давай я попробую, — рядом со мной появился Великий, я даже не заметил его.

Великий огненной стихии, я узнал его, он сидел вторым справа от графа. За время заседаний он ни разу рта не открыл.

Дожидаться моего согласия он не собирался. Метнул два огненных шара в пробой. В отличие от моего недоразумения, огненные шары Великого сжигали всех насекомых на своём пути. И неважно были они большими или маленькими. Пламенные сгустки не остановились на входе в пробой. Они влетели внутрь и пропали за пеленой.

«База» великодушно сообщила мне, что шар, превратившийся в полусферу, оказался не чем иным, как пробоем третьего уровня. Я хмыкнул. Всего лишь третий уровень. А геморроя, на все пять. Это же рой насекомых, который мог беспощадно выжрать всё живое на планете, если с ним ничего не сделать.

Великий исчез так же быстро, как и появился. Только огненные заклинания выдавали его присутствие. Подобравшись ближе к пробою, он просто взял и оцепил его высокой стеной пламени. Насекомые, которые пытались его преодолеть, превращались в головешки за считанные секунды, сгорая в адском пламени.

А ещё через пару минут, рядом со мной появилась баронесса.

— Я выполнила твою просьбу, — в её глазах была обида и огненные чёртики, которые плясали в отражении её глаз.

На поляну стали прибывать и другие гвардейцы, с лёгкостью расстреливая оставшихся без присмотра тварей. С одной стороны, мне было очень жаль осознавать, что на этом празднике жизни я лишний. Здесь, мне ничего мне не достанется. А с другой, я был рад, что настолько опасный пробой был купирован всего лишь одним Великим. Мне о подобном только и мечтать можно.

Но был и ещё один момент. Я искренне радовался тому, что Карамазовы выстояли. Только сейчас я осознал, что все мои планы полностью зависят от того, будут ли живы Карамазовы или нет. Если будут, то всё останется, как прежде, чего бы мне сейчас и хотелось.