Академия магии Южного королевства. Избранным вход запрещен!

— И чем оно связано с расследованием смерти королевской семьи?

— Пока только тем, что и там и там фигурируют шприцы. Но согласись, странное совпадение, что меня попытались подставить, как только дело сдвинулось с мертвой точки.

— Тогда не забудь бутылку отправить на экспертизу.

— Ты за кого меня принимаешь? Сейчас отлежишься, и поедем к тебе за уликами.

А у меня обнаружились незваные гости.

— Дите? Ты что забыло в моей квартире?

Иден поднял голову от стола. М-да, проблемы с алкоголем — это у них семейное.

— Почему в среднем роде?

— Да ты в таком состоянии, что по-другому к тебе обратиться язык не поворачивается. И на вопрос отвечай.

— Отец наказал.

Я недоуменно обернулась к графу. С каких пор сидение в моей квартире — это наказание? Нет, я, конечно, понимаю, что у меня далеко не царские палаты, но и не карцер ведь.

— А нечего мне всякую дрянь подмешивать! — повысил голос граф. — И как ума хватило родному отцу успокоительное подлить?

Так, выходит, я графскому сынульке обязана незабываемой ночью? Не сдержавшись, я подошла и отвесила Идену подзатыльник.

— Уй, за что?

— За дело! Благодари отца и богиню, что у меня юбка узкая, иначе еще и пинка бы тебе отвесила.

— Да что ж вы оба так реагируете? Второй раз за день по голове получаю. Вы одинаково банально мыслите.

Угу, идеи, передающиеся половым путем.

Тут Иден оглядел наши хмурые лица и, пакостливо улыбнувшись, спросил:

— И как ночь прошла?

Я молчала. Я молчала даже тогда, когда графчик театральным жестом высыпал на стол горсть пуговиц и одну запонку. Но когда Иден поинтересовался у папы, не ждать ли ему сестричку, я взбесилась.

— Ах ты, борец за демографию!

Иден зашипел и схватился руками за виски.

— А можно не орать? Голова раскалывается. Знаешь, как похмелиться хочется? А у тебя тут из алкоголя только бутылка вина, которую отец запретил трогать.

— С некоторых пор я не доверяю такому сочетанию, как мой сын и жидкость, — огрызнулся Джонатан.

— Смотри, однажды ведь придется мне довериться.

— Это когда?

— Когда я в старости тебе стакан воды принесу!

— Радует, что это будет в старости, и последствиями своей доверчивости я недолго буду мучиться! — Граф задумался на секунду. — Может, ты у меня не единственный водонос будешь.

— О да, ты над этим усердно работаешь, — кивнул в мою сторону юноша.

— Так ты, поганец, к этому свою ручку приложил!

Тут не выдержала я. Надоели!

— Хватит! У меня была поганая ночь, поганейшее утро, и я не хочу, чтобы день продолжил эту славную традицию.

— Что значит «поганая ночь»? — возмутился граф. — Все было так плохо?"

"Ой! Все, я проехалась по мужскому самолюбию графа. Он ведь теперь не успокоится, пока я ему десять баллов не поставлю.

В квартире повисла тишина. Граф смотрел осуждающе, а графчик еле сдерживал смех.