Академия магии Южного королевства. Избранным вход запрещен!

Опираясь на мой стол, стоял двухметровый бугай. Гладковыбритая голова, потертая кожаная куртка и сбитые костяшки пальцев не вызывали желания познакомиться с ним поближе. Ему только золотой цепи не хватало для образа братка.

— Вы секретарь графа Эверо?

— Да. Только по вопросу трудоустройства вам в отдел кадров, это на первом этаже.

— Трудоустройства? — браток вопросительно приподнял бровь.

— А вы разве не охранником устраиваться пришли? Говорю, вам на первый этаж! Форму и сканворд выдадут на месте.

Тут в приемную выглянул граф.

— Альберт! Какими судьбами?

— Невеселыми, ты же в курсе.

Я непонимающе переводила взгляд с одного на другого. Джонатан наконец осознал причину моего замешательства.

— Лада, позволь представить тебе моего давнего друга Альберта Триано. Регента при наследнике.

Регента? А я ему нахамила…

— Лада, нам коньяк, шоколад и лимон. И не пускай больше никого.

До трех часов дня я мелко тряслась. Уволят? Казнят? Помню я про Бирона… Ну, Лада, сколько раз можно так ошибаться? Сначала узнай социальный статус, а потом хами!

Как ни странно, после ухода Альберта никаких репрессий не последовало.

Я пошла убирать в кабинете. Эверо сидел на рабочем месте, согревая в руке бокал с коньяком.

— Боишься? — с любопытством поинтересовался он.

— Как догадались?

— Тебе не чуждо чувство самосохранения. А ты нахамила не последнему человеку в государстве.

— Да откуда я знала, что этот лысый бугай может похвастаться родословной длиной с километр?

— Лада, он военачальник! Голову бреет, чтобы вшей не разводить, а телосложением обязан службе, — объяснил мне Джонатан прописные истины. — Когда сестра взошла па престол, он отправился служить. Защищал границы. А теперь вернулся ради племянника.

— Не думаете, что он мог устроить смерть сестры, чтобы захватить трон? А что? Корона на лысине будет шикарно смотреться, блики от камней будут красивые.

Граф опустошил бокал и одернул меня:

— Лада, не забывайся. Он мой друг. А ты держи язык за зубами в его присутствии.

— Хорошо, в следующий раз сломаю перед ним швабру со словами: «Король умер, да здравствует король!»

— Лада!

— Мой рабочий день окончен. Всего доброго.

Когда я вернулась домой, моя входная дверь могла похвастаться новой краской и мордой Шарика, торчащей из нее. Похоже, меня тут ждали. Когда я оказалась в поле зрения пса, он с радостным лаем кинулся ко мне. Юбка была уделана эктоплазмой за минуту.

— Неправильно тебя Шариком назвали, Лизун[3] подошло бы больше."

"В квартиру я заходила с дурным предчувствием. Интуиция не подвела, в слизи было все. Зеленая густая эктоплазма капала даже с шара-осветителя под потолком. Казалось, какой-то великан высморкался в мою однушку. Причем закрытые двери Шарика не останавливали.