Ветреный

— Согласен.

Между нами повисает неловкая пауза. Я едва ли помню, что делала и пытаюсь вспомнить, не сказала ли чего лишнего.

— Он действительно насиловал тебя? — спрашивает Ник, и я вздрагиваю.

Не решаюсь даже взгляд поднять, просто молча смотрю в одну точку и думаю, что сказать. Нет? Это неправда. Подтвердить? И что он сделает? Пока я думаю, Ник понимает мое молчание за согласие, сжимает руки в кулаки так, что я даже чувствую хруст его суставов и выдает:

— Я уничтожу его.

Без лишнего пафоса, без обещаний закатать в бетон, но я верю ему. Я не хотела, чтобы он узнал, но я явно не контролировала себя.

— Я не хотела.

— Молчи, Ангел, просто, блять, молчи. Я так виноват перед тобой. Ушел, не поговорил, не спросил, мстил ему через Лизу, а вот она, его месть. Ты. Пока я отрывался, ты страдала. Прости, — он лихорадочно целует мои руки и сжимает их в своих ладонях.

— Ник, — я останавливаю его и прижимаюсь ближе. — Все нормально. Я виновата тоже. Я верила всем, но не тебе. А мне нужно было просто услышать тебя.

— Я чертов ублюдок.

— Нет, — я улыбаюсь и мотаю головой. — Ты лучший.

Нас прерывает звонок в дверь. Ник чертыхается и идет открывать. На пороге появляется молодой мужчина с чемоданом, который при виде моего ошарашенного взгляда говорит:

— Никита Львович, вы ничего не перепутали? — он выдает это так, что я не удерживаюсь от усмешки. — И где женщина, которая не в себе?

— Мы уже разобрались, — Ник пожимает плечами.

— Я зря разувался, — констатирует мужчина и собирается уходить, но я останавливаю его.

— Садитесь хоть чаю попьете.

— Это я с удовольствием, — он проходит и усаживается рядом со мной на диван. — Я Ваня, кстати, — произносит и протягивает мне руку, которую я с удовольствием пожимаю.

Встаю, чтобы сделать чай, но Ник усаживает меня обратно и говорит, что все сделает сам.

— Вау, — выдает мужчина, как только Ник скрывается за дверью кухни. — Вы знаете действенный приворот?

— Что? — не сразу понимаю я.

— Ну он, — Ваня показывает на дверь, — странный.

— Почему?

— Он никогда не делал мне чай, — возмущается Ваня, вызывая во мне приступ смеха.

— Мне делал, — признаюсь я. — На второй встрече.

— Вам повезло.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вы знаете, что стены на кухне очень тонкие и я все слышал? — Ник возвращается довольно неожиданно, поэтому я даже не успеваю сориентироваться. — Расскажи, что я сделал на первой, — он ослепительно улыбается, а я возмущаюсь.

— Ник, — предостерегаю его, но он даже не собирается молчать.

— Я купил у нее заколку, — пожимает плечами Ник и садится рядом, прижимая меня к себе.