Ветреный

 — Или ублюдка, который мне не нужен, — я вскидываю руку и впечатываю в его щеку ладонь со звонким шлепком.

— Мы можем… — начинает девушка, — сделать за пять дней, но это крайний срок.

— Делайте! — бросает Антон, не отводя от меня взгляда.

Девушка уходит, и я отхожу от него на несколько шагов, но Антон идет за мной, хватает меня за руку и тянет на выход. После усаживает в машину и говорит водителю адрес.

— Куда я еду?

— Туда, где твой любовник не найдет тебя, — он с силой захлопывает дверь и ждет, пока машина отъедет.

В теплом салоне автомобиля, я расслабляюсь. Меня слегка укачивает, веки тяжелеют и я прихожу в себя только тогда, когда чувствую, как меня трясут за плечо. Открываю веки и вижу водителя, к которому села в машину.

Меня привезли в какой-то загородный дом, потому что позади только трасса, а вокруг лес и несколько одиноко стоящих особняков, в окнах которых даже нет света. Я бы попыталась запомнить место, посмотреть улицу, но что запоминать, если здесь ничего нет.

Водитель проводит меня в дом, помогает снять вещи и говорит, что поможет, если мне что-то будет нужно. Вместо того, чтобы слушать его, я смотрю на парней, выходящих из машины во дворе.

— Мы приехали с охраной?

— Конечно, — мужчина смотрит на меня как на идиотку, а я чертыхаюсь. Обвести одного мужика вокруг пальца проще простого, а вот когда их уже шестеро или того больше, задача предстоит не из простых, но я не хочу сдаваться и попытаюсь сделать все, что можно.

* * *‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я провожу в доме четыре дня и теряюсь в неизвестности. Меня кормят, заботятся обо мне, но я не знаю, что происходит и с замиранием сердца жду момента, когда Антон узнает, что ребенок не его. Я в этом уверена и от этого страшно.

До сих пор он ничего не предпринимает из-за неизвестности, а что будет после того, как он узнает? Что будет со мной и ребенком? Мне не помогает ни убеждение в том, что он ничего не станет делать и отпустит, ведь я ношу внука влиятельного человека, ни то, что Ник точно что-то сделает.

Я обхожу окрестности во время прогулки и понимаю, что бежать некуда. Здесь ни единой живой души и практически полная тишина. Спокойно и умиротворенно, но это еще больше нагнетает. К вечеру я извожусь и ложусь спать на нервах, а то, что сюда прибывает еще человек пять охраны, точно не к добру.

Ночью просыпаюсь от теплых рук, касающихся моего тела. Я вздрагиваю и вскакиваю, но слышу голос Ника и поворачиваюсь, расслабленно садясь на кровати.

— Ник, — шепчу я и бросаюсь ему на шею, — Ник.

Я утопаю в его объятиях и жмусь ближе, не веря, что это не сон. Хватаюсь руками за его широкие плечи и не могу отстраниться.