Лихо ветреное

— Пятаки чистить замучаюсь, — закончила Зоя, встала и повернулась к нему. — Ну, как вам это?

Поверх того, что на ней было в баре, она и надела-то всего эту шляпу с цветочками, длинный серый фартук, клетчатую шаль и носочки. Фартук был с огромным черным пятном, шаль рваная, а носочки разные — один синий с белой полосочкой, а другой розовый с желтым цветочком. Почему-то больше всего его поразили именно носочки. Зоя заметила, как он на них смотрит, тоже посмотрела, подумала и полезла под стол. Вынырнула оттуда с парой противоестественно рваных башмаков, надела их, довольно посмеиваясь, пошевелила пальцами ног, торчащими из дыр, подумала еще и подвязала один из башмаков куском бечевки, подобранным на полу.

— Это что ж будет-то? — ошеломленно спросил Павел.

— Я пря-а-амо удивляюсь, — рыжим голосом ответила Зоя. — Вы тыкой умный! А не догадались… Хотите посмотреть?

— Еще бы! — Павел следил, как она быстро рисует на губах малиновое сердечко, зачем-то высыпает в небольшую плоскую корзинку мелкие сушки из пакета, а сам думал, что так и не спросил ее о том, обдумала ли она его предложение.

— Ну, идите в зал. — Зоя повесила корзинку с сушками на руку, сколола шаль на груди огромной медной булавкой, глянула в зеркало и с удовольствием отметила: — Кошмар… Хотите сушку?

— Хочу, — обрадовался Павел. — Две. Я вообще-то голодный.

— Пойдемте. — Зоя вышла из комнаты и направилась почему-то в сторону холла. — Я сейчас Толику скажу.

Она приоткрыла дверь, повертела головой, и тут же появился клетчатый жилет.

— Толик, — деловито сказала Зоя. — Скажи там кому-нибудь, пусть по-быстрому покормят Павла. Он друг Серого.

— Нет-нет, я не успею! — испугался Павел. — Мне еще вас провожать!"

"— Толик, скажи, чтобы очень быстро. — Зоя подтолкнула Павла к выходу и закрыла за ним дверь. Клетчатый Толик тут же потопал в ресторан, оглядываясь на Павла, и даже постучал пальцем по своим часам, укоризненно поджав губы. Павел вздохнул и пошел за ним. Друг Серого. Некормленым не выпустят. К тому же он все равно хотел посмотреть, что сегодня будет танцевать Зоя.

Зои там еще не было, квартет бродил по эстрадке, что-то переставляя и поправляя, и не обращал никакого внимания на зал. Зал выпивал и закусывал, не обращая никакого внимания на эстрадку.

— Простите, вы каким временем располагаете?

Павел оглянулся — рядом стоял вчерашний официант, смотрел озабоченно, держал наготове блокнотик и карандаш.

— А… нет, я ничего не буду, — неловко сказал Павел, вспомнив про долги, ремонт и необходимость содержать семью. — Я только до конца танца. Мне еще Зою провожать…

— Тогда чашечку бульона и расстегайчик. — Официант нарисовал в блокноте загадочный иероглиф и опять озабоченно уставился на Павла.