Ветер в кронах

— Я, может, что-то не поняла?

— Хочешь сказать, что тебе не показалось странным, что он не начал лапать тебя при первой возможности? И ты не удивилась, что он как-то не особо настойчив?

— Ну, я подумала, что, наверное, не очень ему нравлюсь.

— И он окружил тебя заботой и вниманием чисто от нечего делать? Я тебя умоляю. Мне-то можешь лапшу на уши не вешать. Я знаю его, как облупленного.

Карина обстругивала палочку резкими движениями, и тонкие ленты коры сворачивались и шипели, падая на раскалённые угли. Катя закашлялась и помахала рукой перед глазами от едкого дыма.

— Наверняка думала, что у парня проблемы или обязательства. А он просто порядочный. Таких сейчас нет. Уже не выпускают. Версия прошлого тысячелетия. Чтобы боялся ранить твои чувства. Чтобы искал прежде всего душевной близости, а не удовольствия. И секс только после свадьбы. А если уж затащил в койку, то женится.

В душу словно капнули серной кислотой и, как та стружка на углях, она стала плавиться и съёживаться — так неуютно стало Кате от этих слов. А ведь она, наверное, должна была обрадоваться.

Карина подняла на Катю взгляд, но, несмотря на то, что говорила девушка резковато, в её глазах не было злобы. Только тоска. А ещё безнадёжно высокий забор с колючей проволокой, что разделяла их с Андреем. Френдзона. И Катя прекрасно знала, что выбраться из неё сложнее, чем из любой тюрьмы. А Карина хотела выбраться. Хотела, но так и не смогла. Смирилась?

— Но на тебе же не женился, — Катя болезненно поморщилась, повторяя и обращённый на неё взгляд и передавая свои внутренние ощущения. Ей было искренне жаль, что у них не сложилось.

— Я — это я. Ты только не бери в голову насчёт меня, — Карина отложила нож, ничуть не удивившись Катиной проницательности. И проверила на прочность тонкий беленький прутик, поигрывая им в воздухе. — Да, мы как-то переспали. Но это было давно и неправда.

— А на ком он чуть не женился?

— Да была одна, — и Карина кинула в костёр прутик, который так долго и тщательно обстругивала. — До сих пор не понимаю, что он в ней нашёл.

— А тебе не кажется, что он до сих пор по ней сохнет?

— Не кажется, — отрицательно покачала головой Карина и улыбнулась Кате. — Теперь точно не кажется.

И они бы, может, ещё поговорили, но Андрей вернулся. И Катя бросилась растирать его полотенцем. И так внимательно смотрела, как он вздрагивает и трясёт мокрой головой, словно видела в первый раз.

«А я смогу сказать ему «да»? — вытерла она оставшиеся на его прямых бровях капли и с ужасом застыла, осмысливая намёки Карины на дальнейшее развитие их отношений. — Нет, не так. Я смогу сказать ему «нет»? А если я беременна?»

Мурашки побежали по всему телу от его холодного нежного поцелуя. Или от страха.