Свежий ветер (СИ)

Я до сих пор понятия не имела, кто эти ребята, но уже поняла, что они заносчивы, недисциплинированны и жестоки – все эти характеристики были мне очень хорошо известны. Такие люди не могут сопротивляться искушению или брошенному вызову."

"И действительно, вскоре я услышала, как кто-то поднимается по лестнице на мою платформу. Наемник оказался достаточно сообразительным, чтобы выставить руку с оружием вперед, но недостаточно расторопным, чтобы выстрелить, прежде чем я ударила его ногой по руке, а затем пнула в лицо. Со сдавленным криком он полетел вниз и, судя по донесшимся до меня звукам, в падении сбил еще кого-то. Отлично, путаница в их рядах мне только кстати.

Следующим они послали дрона, который завис неподалеку от моего укрытия, но мне надоели игры. Схватив устройство двумя руками, я со всей силы приложила его об пол, чтобы вывести из строя, а затем швырнула в наемников у основания лестницы. Воспользовавшись их замешательством, я активировала омни-клинок и спрыгнула вниз, позволив наконец вырваться накопившейся ярости. Они посмели перейти мне дорогу и теперь пожнут плоды своей опрометчивости. Кровь покрывала мои руки и лицо, я чувствовала ее медный привкус на губах, прикрываясь телом мертвого бандита, защищавшим меня от выстрелов его прячущихся по укрытиям соратников. Подняв руку, я последними двумя патронами уложила пару идиотов, оказавшихся прямо у меня на пути, и в этот момент услышала прошедший по их радиоканалу приказ об отступлении.

Оттолкнув безжизненное тело, служившее мне щитом, в сторону его поверженных соратников, я прислонилась спиной к нагромождению контейнеров и опустилась на пол. Правый рукав был испачкан кровью – результат активного использования омни-клинка, и мертвые тела вокруг являлись отличным примером разрушения, на которое был способен убийца вроде меня.

Обыскивая убитых наемников на предмет патронов и гранат, я размышляла над тем, сколько еще бандитов рыскают вокруг, и как долго я продержусь без брони и привычной амуниции. Я старалась игнорировать зарождающееся внутри чувство безысходности, но оно все ярче проступало сквозь утихающий боевой пыл. Если бы я знала, кто мой враг, если бы обладала информацией и целями, помимо «останься в живых и постарайся не натворить дел», все было бы не так плохо, но эта неизвестность начинала действовать на нервы, и я все отчетливее понимала справедливость поговорки «один в поле не воин».

Еще несколько лет назад подобная ситуация не волновала бы меня.