Свежий ветер (СИ)

Во-первых, письмо пришло не от Кайдена, а от Джокера, и, во-вторых, он писал, что «Нормандия» уже пристыковалась, но какие-то важные дела, касающиеся Совета, не позволят Кайдену вырваться как минимум в течение нескольких часов. Пролистав сообщение до конца, я прочитала, что сам Джокер свободен и был бы рад увидеться со мной в каком-то известном суши-ресторане неподалеку, учитывая, что одного упоминания моего имени оказалось достаточно, чтобы зарезервировать столик. Время было довольно раннее, и суши представлялись мне неважным завтраком, но зато никто не ожидал от меня проявления кулинарного мастерства."

"Текст письма показался мне странным, непривычным, словно Джокер передал его суть секретарю, который и попытался написать мне в стиле самого пилота, но не особо преуспел. Я посчитала это результатом долгих месяцев, минувших с нашей последней встречи, когда он с уважением отсалютовал мне, провожая на, как я тогда полагала, верную гибель. Не то чтобы я намеренно избегала его, но… какое-то время Джокер восстанавливался и не только от физических травм, но и от раны, оставленной в душе неожиданным и, по-видимому, необратимым отключением СУЗИ. На борту «Нормандии» они проводили вместе большую часть времени, и если бы она не являлась по сути своей машиной, стали бы идеальной парой. В жизни случаются куда более странные события, и если кто-то и мог бы сделать Джокера по-настоящему счастливым, то это была она. Я тоже скучала по ней – мы все скучали. Активируя Горн, я и понятия не имела, к чему это приведет, и пусть знание того, что в результате моих действий окажутся потеряны СУЗИ и вся раса гетов, все равно не остановило бы меня, трудно было не ощущать себя виноватой, будучи той, кто фактически нажал на спусковой крючок. И все же ответственность и сожаление были разными чувствами. Я была в ответе за многие ужасные события, но очень мало о чем сожалела. Возможно, в моем случае это было лишь механизмом самосохранения.

Может быть, именно поэтому Джокер предложил встретиться? Может, он хотел вновь наладить нашу дружбу, вернуться к тем отношениям, что существовали между нами со времен первой «Нормандии», когда мы подшучивали друг над другом, порой весьма колко, но при этом безмерно уважая один другого. Я очень сомневалась, что он помнил про мой день рождения.

Во всяком случае встреча со старым другом – куда лучшее времяпрепровождение, чем бесконечные прогулки по своей же квартире в полном обмундировании для свидания. Справедливости ради надо признать, что я никогда не бывала на свидании прежде, хотя и была заранее уверена, что мне совершенно не понравится. В конце концов, я ждала Кайдена четыре долгих месяца – подожду и еще немного. Я в отпуске, и ланч со старым другом вполне вписывался в него.