Свежий ветер (СИ)

- Я очнулась. Не знаю, как или почему, но что-то изменилось, и я пришла в себя. Я находилась в Башне Президиума, лепестки станции были открыты, и… я помню, что слышала голос Хаккета из динамиков системы связи, но он меня не слышал. Мне… мне пришлось вырвать плату инструметрона из запястья. – Я снова посмотрела на культю. – Рука была слишком повреждена, чтобы воспользоваться им в обычной манере. Наверное, поэтому врачам не удалось спасти ее – спасать было уже нечего.

- Зачем тебе понадобился инструметрон?

- Мне нужен был протеанский код, который мы получили на Илосе, чтобы разблокировать сигнал, - ответила я, вспоминая ход своих мыслей, словно строчки из пьесы. – Именно по этой причине Горн не сработал, как только пристыковался – мы блокировали сигнал Жнецов, чтобы помешать Властелину захватить контроль над станцией. И этот код не давал Цитадели – Катализатору – установить связь со Жнецами. Как только я убрала этот блок, Горн нанес удар. Я… видела, как это случилось. Это последнее, что я помню.

Я взглянула на Андерсона, который сидел на стуле и в свою очередь смотрел на меня так, будто видел впервые. Будто я до сих пор могла поразить его после всех этих лет."

"- В этом есть смысл, - сказал он наконец, говоря больше сам с собой, нежели со мной. – Вторжение Жнецов было скомпрометировано с самого начала, благодаря твоим действиям против Властелина. Не имея связи с Цитаделью, они не смогли сразу же захватить ее, а также помешать ее использованию в тандеме с Горном. Галактика обязана тебе большим, чем я подозревал.

Я опустила глаза, рассматривая лежавший в правой ладони обрубок левой руки и воробьев, исчезавших под повязкой.

- Я делала это не ради чертовой галактики, - пробормотала я.

- Не думаю, что им важны твои мотивы, - возразил Андерсон, пожав плечами. – Как только Горн нанес удар, каждая единица армии Жнецов, что на Земле, что в космосе, вышла из строя. Я с трудом поверил в это. Нас практически уничтожили, а ты сумела поменять стороны местами в считанные секунды. Довольно скоро мы объявили о победе – как только убедились в том, что Жнецы и правда мертвы. Это было около трех недель назад. Все это время ты находилась в искусственно вызванной коме, что, однако, не помешало тебе предпринять вчера попытку побега. – Он усмехнулся, стараясь чуть разрядить атмосферу. – Напугала медсестер, но надо признать, я практически ожидал чего-нибудь в этом роде. Ты никогда не следовала предписаниям врачей, особенно, когда в дело шла анестезия.

Три недели. Попытка осознать этот отрезок времени не увенчалась успехом. Я повернула голову и выглянула в большое, занавешенное тонкой занавеской окно, из которого по-прежнему лился яркий солнечный свет.