Свежий ветер (СИ)

Мы в конце концов предоставили им аудиозапись, свидетельствующую о его виновности – точно так же, как сейчас поступил Удина. Но почему он так долго тянул с этим?

Я глядел на Шепард, в ее полные неукротимого огня янтарные глаза, и думал обо всех тех случаях, когда она оказывалась правой прежде. Кажется, она никогда не ошибалась.

Вдруг Джена подняла обе руки вверх, словно сдаваясь.

- Ладно, - проговорила она, и на мгновение ее взгляд потерял резкость. Теперь Шепард смотрела на меня открыто, будто признавая свою уязвимость, и я понял, что она доверила мне принятие решения – доверила так, как всегда умоляла меня довериться ей. – Дело за тобой, Спектр Аленко.

Это верно, я тоже был Спектром. Мы - те, кому приходилось делать тяжелый выбор. Однако когда она так смотрела на меня, стоящая передо мной задача неожиданно упрощалась. «Цербер» не имел к ней никакого отношения, они никогда не управляли ею. Только Шепард отвечала за свои действия, и сейчас она нуждалась во мне, как никогда. Пришло время проявить смелость и вновь вложить мою жизнь и веру в ее руки.

Развернувшись на месте, я направил оружие на Удину.

- Отойди, сейчас же, - приказал я.

Советник поднял на меня взгляд, и если бы он был невиновен, на его лице отразилось бы замешательство, возможно, ярость, но появившееся выражение враз убедило меня в том, что Шепард права на его счет: Удина точно знал, что его поймали, что все кончено.

Я ощутил невероятное облегчение. Она оказалась права. Его авантюра не удалась, и теперь Спектр держал его на мушке. Нет, два Спектра – с вытянутой рукой Джена встала рядом со мной. Теперь мы находились бок о бок, как и всегда должны были."

"Я наблюдал, как Удина нервно огляделся, стараясь составить новый план, хотя и знал, что у него ничего не выйдет, и в этот момент я ненавидел «Цербер» сильнее, чем что-либо в своей жизни, сильнее, чем Жнецов. Из-за «Цербера» я целый год считал любимую женщину бомбой замедленного действия, предательницей, волком в овечьей шкуре. Я должен был провести это время, помогая ей, а не противостоя, должен был помочь, когда в этом возникла необходимость.

Джена сделала шаг вперед, и я снова обратил внимание на красные линии, пересекавшие ее лицо, с тяжелым чувством вспомнив, что лишь благодаря «Церберу» она вообще была жива. Я сам решил оттолкнуть ее. Чертов лицемер.

- Руки вверх! – рявкнул я, вкладывая в эти два слова всю испытываемую мною сейчас ярость. Удина вздрогнул и отступил.

Все, произошедшее далее, случилось так быстро, что, даже размышляя об этом позже, я так и не смог вспомнить всех деталей. Удина оттолкнул советника азари, несмотря на то, что Шепард приказала ему не двигаться, из ниоткуда в его руке появился пистолет и…

Над внутренним двором прогремел выстрел, и, хрипло вдохнув, Удина упал на землю.