Свежий ветер (СИ)

Наверняка его рот приоткрылся, когда в последнее мгновение, прежде чем скрыться в дверях, я сняла полотенце и повесила его на руку.

Мне нравилось, как мы с Кейденом распределяли роли, пусть я и не всегда оказывалась главной. С некоторыми мужчинами приходилось из кожи вон лезть, чтобы они начали видеть во мне что-то, помимо цели для завоевания. Не могу сказать, что хотела, чтобы они считали меня личностью с чувствами и прочей ерундой, но я желала быть той, кто использует, а затем отталкивает людей, но не наоборот. Я всегда стремилась оставаться холодной и равнодушной, потому что обычно именно это и чувствовала. С некоторыми мужчинами – властными или же просто недостаточно уверенными в себе – попытка занять лидирующее положение превращалось в борьбу. Что же касается Кейдена… он вел себя так, словно был благодарен за каждое мгновение, проведенное со мной, и я находила это странно-милым. Я не могла назвать это признательностью, скорее, пониманием того, что время, имеющееся в нашем распоряжении, одновременно являлось ограниченным и драгоценным, и Кейден сделал все, чтобы показать мне, что он счастлив провести его со мной. И поскольку я доверяла ему так, как никогда прежде не доверяла любовнику, то смогла расслабиться и позволить ему контролировать некоторые аспекты наших отношений, будучи уверенной, что от этого он не станет меньше уважать меня как командира, воина и женщину. Я не знала, как еще выразить все это словами. Я едва понимала, что происходило, и в моей жизни не было ничего, с чем бы мне хотелось это сравнивать.

В спальне я принялась надевать трусики и, почувствовав, как ладони Кейдена скользнули в мои, заставляя меня остановиться, с трудом удержалась от смеха. Спускаясь губами по моему плечу, он стянул белье с моих бедер. Снова оказавшись обнаженной, я повернулась и, коснувшись пальцами основания его шеи, прижалась к нему всем телом, чувствуя животом многообещающую выпуклость. Он стал целовать меня - жадно, торопливо – словно лишь этим утром я не простонала его имя, растворяясь в волнах удовольствия. Когда же он бросил меня на постель, будто я ничего не весила, и, забравшись следом, принялся прокладывать дорожку поцелуев, двигаясь вниз по моему телу, мне казалось, что я просто лучилась счастьем.

Позже, когда мы уже лежали, обнявшись так, что я прижималась щекой к его плечу, а он лениво гладил меня по спине, я вдруг поняла, чем близость с ним отличалась от того, что я имела с другими. Когда речь шла о Кейдене, мне было важно, что это именно он, а не кто-то другой. Я не знала точно, почему это так, но не хотела больше никого. Эта интимность, которой мы сумели добиться за те дни, что провели вместе, являлась прекрасной сама по себе, даже без секса.