Ветер с востока

Ему было свойственно чувство юмора и умение пошутить даже в трудную минуту. С другой стороны, слезы легко навертывались ему на глаза, и это приносило облегчение, тяжесть не оставалась в душе. Больные и умирающие замечали его отзывчивость, искали у него утешения и, вероятно, хоть немного радости среди всего безрадостного, что их окружало.

Вендель походил больше всего, видимо, на Маттиаса, но он не был таким «ангелоподобным». Вендель был более открытым и смелым. Корфитц Бек не знал, что Вендель происходит из рода Людей Льда. Он только сознавал, что у подростка — необыкновенные способности, каких он не видел у других. Вендель очень хорошо знал о проклятии, тяготевшем над их родом. Он знал, что в каждом поколении проклятие поражало по меньшей мере одного человека. А в его поколении детей было всего четверо… Но хотя капитан Бек и утверждал, что в Венделе было что-то особенное, сам Вендель знал, что не он был отмечен проклятием. Нет, он знал, что был другой человек. Но мать и бабушка не хотели говорить об этом, а сам он до сих пор не встречал других сородичей. Или, у него было смутное воспоминание, такое смутное, что порой казалось, будто он сам это придумал, наслушавшись всех этих разговоров о проклятии. Ему было, пожалуй, пять лет от роду, когда весь род собрался в Норвегии. Он неясно помнил, что тогда встретил кого-то, кто был меньше его самого. Что он заглянул в желтые глаза, такие желтые, какие мог себе представить. Глаза, светившиеся сильнее, чем у взрослых, имевших такие же глаза. Взрослых звали Виллему, Доминик, Никлас и Ульвхедин. Это он знал, потому что об этом недавно рассказала бабушка. Но кто был ребенок, этого она, видимо, не помнила. Он был одним из трех, и все они были моложе Венделя. У Ульвхедина — один сын — Йон. Внука Виллему, сына молодого Тенгеля, зовут Дан. Альв женился и обзавелся дочерью, которой дали имя Ингрид в честь матери отца Ирмелин.

Но кто из трех? С тех пор он никого не видел, так как сконская ветвь была самой изолированной среди Людей Льда. Ни о каком скандале или еще о чем-то ужасном не упоминалось в связи с этим ребенком, во всяком случае, до сих пор. Вендель был уверен, что услышал бы, если бы что-то случилось.

Но сейчас он так давно был вдали от дома. Более двух лет. И как долго это будет продолжаться? Эта дорога уводила его все дальше от дома.

Он, кажется, начал засыпать, потому что вздрогнул всем телом, когда раздался шепот Корфитца Бека:

— Вендель! На дворе что-то происходит!

Они беззвучно встали и прокрались к двери. Осторожно толкнули ее. К счастью и совершенно неожиданно, она открылась без единого звука. У стены избы, склонившись над спавшими пленниками, стояла на коленях фигура, одетая в грязно-серую рубашку с узором вокруг ворота и рукавов. Руки усердно что-то искали.