Ветер с севера

Ей было неловко, что столько внимания сейчас приковано к ней.

А Вашкина подумала, что где-то она такую сцену уже видела.

Спасло положение то, что и Тасю, и Тамару тоже ждали букеты. От Вени и Димки. Вот только выглядело это теперь, будто они с Вербицким — пара. Но обратно не отыграешь. Да и портить вечер не хотелось.

С Димкой Горгошидзе вместе пришли и мама, и папа. Поднялись на сцену. Пока сыну вручали аттестат, дядя Давид взял тётю Наташу за руку. Переплел их пальцы. Она уткнулась носом ему в плечо, расплакавшись от эмоций, он нежно поцеловал её в висок. Сияющий Димка обнял обоих.

Лена Епифанова едва не упала с лестницы, когда спускалась со сцены следом за мамой и бабушкой. Если бы не рука математика, вовремя поймавшая Ленку, полетела бы носом. Только Катя заметила, как в ладошке у подруги мелькнуло что-то металлическое. И Ленка вдруг засияла.

После окончания торжественной части в женском туалете Епифанова раскрыла ладошку, которую старательно сжимала почти полчаса. Крохотное золотое сердечко на тоненькой цепочке. — Катюх, смотри. Илья подарил. Цветы не мог. Скандал был бы. Мы билеты купили. Едем с ним в Питер на два дня. Вдвоём. — Мама то знает? — охнула Катерина. — Знает. И бабушка тоже. Илья неделю назад знакомиться приходил. — И что они сказали? — Чтоб берег меня. И розетку просили починить, — Епифанова зарыдала от эмоций. — Какая ж ты счастливая, Ленка! Розетку… Надо же!

После официальной части специальные люди уже накрывали столы прямо в актовом зале. Всем школам было предложено два варианта проведения выпускного. Или в Кремле, во Дворце съездов. Или, собственно, в школе. Их Гимназия выбрала второе. Что толку прощаться с одноклассниками и учителями среди ещё десятка тысяч чужих людей.

Для своих пятидесяти выпускников заказали ведущих, составили программу, подготовили сюрпризы.

Почти до рассвета все веселились, танцевали, ели, смотрели свои детские фотографии с каких-то школьных праздников. Смеялись. Участвовали в конкурсах.

Конечно мальчишки пронесли в школу спиртное. Хотя запрет озвучивали не единожды.

Кузьмина смутно поняла, что в её стакане была не только Кола, когда оно уже подействовало. И Катина голова абсолютно расслаблено лежала на плече у Миши Вербицкого.

Они танцевали уже бог знает какой по счету медляк. И Мишины руки скользили по тонкой ткани комбинезона, поглаживая её спину. Тёплое дыхание коснулось Катиной шеи. Горячие пальцы сдвинули горловину в сторону, погладили ключицу. Следом тёплые мягкие губы оставили следы. Катя прижалась к парню сильнее. Подняла лицо. Её губы были пойманы в плен. Она не отвечала, но и не сопротивлялась. — Катя, малышка, моя малышка. Офигенная. Его ладонь уже легла на застежку комбинезона, медленно двигая бегунок вниз.