Ветер над островами

 — Ты рыбу попробуй, Валентина ее прекрасно готовит.

— Спасибо, — кивнул я, полив блюдо лимоном и отрезав маленький кусок от плотного рыбного стейка. — Рыба — это прекрасно. Но все же…

— А куда ты меня хочешь пригласить? — задала она встречный вопрос.

— А я не знаю, — изобразил я озадаченность. — Я же именно об этом и спрашивал.

— Ну даже не знаю, — уже откровенно ехидничала она, — как такие приглашения принимать. На свидание приглашают, но куда — не говорят.

Заметив мое смущение, которое я достаточно удачно изобразил, Аглая сказала:

— Ладно, на первый раз подскажу — по субботам в Общинном доме большие танцульки, там половина города. Кстати, там и знакомства заводить принято, подойти к даме и на танец пригласить — не преступление.

— Получается, что я поторопился? — уточнил я.

— Нет, не поторопился, я как раз завтра туда не собиралась, — ответила она, вновь улыбнувшись и поправив падавшую на глаза прядку волос. — Так что пришлось бы тебе приглашать на танец кого-то еще, не меня. Как рыба?

Спохватившись, я закинул кусочек с вилки в рот, пожевал и одобрительно кивнул. Рыба и вправду вкусная и свежайшая — где бы я в Москве такую попробовал?

Аглая свою недавнюю угрозу выполнила, отправив меня из усадьбы верхом, на все той же смирной гнедой кобылке, которую звали Зорькой, то есть без всяких претензий на оригинальность, на которой я сегодня проходил «курс молодого кавалериста». Тимофей, как обычно бестолково, надавал всяких инструкций по «обслуживанию и сбережению», после чего распахнул мне ворота, в каковые я и выехал шагом.

Поначалу так шагом к городу и ехал, решив не испытывать своих новоприобретенных умений на прочность, но потом такая неторопливость наскучила, и я пустил лошадь сначала в галоп, а потом придержал ее до рыси. И ничего, из седла не вылетел и на каменистую грунтовку не упал, и даже, как мне самому казалось, держался в седле достаточно прилично, не напоминая, на взгляд со стороны, вскарабкавшуюся на забор собаку. Но это все же мое предположение: комментариев со стороны я не слышал, просто сделал такое заключение, исходя из того, что на меня не оборачивались и больших глаз никто не делал. По пути даже позволил себе остановиться у закрывавшейся кондитерской, купил там коробку печенья, слоеного, сильно пахнущего корицей. А потом, спохватившись, заскочил еще и в лавку «Одежда и обувь», купил там пару белых сорочек из тонкого полотна, «выходной» жилет и новые брюки, еще одни, на смену. «В свет выходить» завтра — надо соответствовать.

Ворота усадьбы тети Насти открыл невысокий мужик с частично выведенной татуировкой на лице.