Пропавшие без вести

— Да ведь как сказать, товарищ Орлов, что о нем и ответить, не знаю, — развел руками Бурнин. — Небось уж знаете, что творится в плену, а все-таки все не погибнут. Миша тоже бежать хотел, да его угнали в Германию. А может, с дороги бежал, может, следом за нами сюда же идет…

После чаепития Василиса Ивановна возилась с радиоаппаратом, готовясь к приему последних известий. Что-то не ладилось у нее. Сутырюк подошел к ней, присвечивая только что подаренным Сергеем немецким фонариком, склонился помочь. Они сидели, почти касаясь щекою щеки. Бурнин перевел глаза на Катю и подумал: «А может, и мне тут остаться!..» И ему представилось все «по-мужски», не так, как сегодня днем, а просто и грубовато…

Сейчас в Кате не было напряжения, она сидела задумчивая, усталая и серьезная. И вдруг он понял, что она не простила бы мужской поспешности и такая поспешность могла бы лишь оттолкнуть ее…

«Да разве тебе самому это нужно сейчас? — спросил у себя Бурнин. — Неужто ты «этим», личным решаешь вопрос о том, где твое место в войне с фашизмом?! — упрекнул он себя, прерывая невольную вязь ненужной сегодня фантазии. — Вот отвоюемся, и тогда разыщу ее где угодно…»

Раздались прозрачные, такие близкие и давно неслыханные, родные звуки позывных радиостанции Коминтерна. Этот десяток знакомых нот взволновал одинаково Бурнина и Сергея. Все присутствовавшие тоже молчали, опасаясь пропустить хоть единый звук, но эти двое замерли и напряглись больше прочих.

В передаче сводки назывались такие имена городов, рек, селений, что страшно и трудно было поверить, куда опять ворвались фашисты.

Когда трагическая сводка окончилась, Анатолий прервал молчание:

— Так как же, товарищ майор, отправите вы нас с сержантом поближе к Большой земле? Я так понимаю по сводке, что люди там вот как нужны.

— Я, товарищ майор, лучше тут, в партизанах… — подал вдруг робкий голос Сергей.

— Ты?! — удивился Бурнин. — Чего это?

— Так точно… Я… Воевать и тут можно вдосталь… Партизанское дело честное. Товарищ майор Сутырюк ведь прибыл сюда не из плена, а с фронта…

— Ну что же, Сергей, твоя воля. Видно, мне путь продолжать одному… Оставайся, — глухо сказал Бурнин.

— Останусь. Не взыщи, товарищ майор. Робости перед врагом ты у меня не видал. Война, должно быть, еще велика. Драки хватит на всех…

— Товарищ майор, — обратился Сергей к Сутырюку, — возьмете меня в отряд?

— Отчего же не взять! Человек ты советский, пограничник, в истребительном был, — значит, умеешь в лесу воевать. Подходяще, — ответил Сутырюк.

Видя волнение Бурнина, Катя коснулась его руки и ласково сжала концы его пальцев.

«А может, и мне тут все же остаться!..» — снова жаром ударило в голову Анатолия.